Роснефть получит исключительные привилегии в Китае

Совместный проект «Роснефти» и китайской CNPC сдвинулся с мертвой точки. В ответ на полученные весной скидки на поставки российской неф­ти Китай предоставляет «Роснефти» исключительное право на экспорт неф­тепродуктов с завода. Такой привилегии не получала ни одна иностранная компания в Поднебесной.
На саммите АТЭС во Владивостоке Россия получила обещание китайских партнеров разрешить поставки на экспорт топлива с будущего НПЗ «Роснеф­ти» и китайской госкомпании CNPC в Тяньцзине. Об этом сообщил председатель КНР Ху Цзиньтао в ходе встречи с президентом России Владимиром Путиным. Лидер Китая сказал, что СП будет наделено правом как закупать нефть и нефтепродукты, так и реализовывать их на внутренний или экспортный рынки. Владимир Путин подчеркнул, что такое решение впервые принято в отношении компании с иностранным участием на территории КНР.
«Роснефть» и CNPC договорились соз­дать СП для строительства завода в Китае еще в 2006 году. Параллельно было решено организовать симметричное СП для работы в России. Неопределенности в конфигурации проекта притормозили переговоры. Диалог вновь возобновился после того, как в 2009 году россий­ские госкомпании «Роснефть» и «Транснефть» получили 25-миллиардный кредит от КНР в обмен на поставку в эту страну 15 млн т нефти в течение 20 лет.
В 2010 году госкомпании наконец подписали соглашение о строительстве НПЗ в Тяньцзине в рамках СП «Востокнефтехимия» (49% у «Роснефти», 51% — CNPC). Завод решили начать строить в течение двух лет после утверждения технико-экономического обоснования. Но обсуждения инвестиционной привлекательности проекта и его конфигурации до сих пор ведутся (по развитию глубокой переработки и нефтехимии и созданию сети АЗС в рамках СП). НПЗ предполагается построить до 2015 года. Начальные инвестиции обеих компаний в строительство составляют около 5 млрд долл. Планируемая мощность — 13 млн т нефти в год, из которых 9 млн т составит российская нефть, остальной объем будет закупаться на мировых рынках. Выход светлых нефтепродуктов на заводе составит более 80%.
«Роснефть» летом поясняла, что проект сдерживается жестким регулированием цен на нефтепродукты в Китае со стороны государства. Разрешение на экспорт является явным шагом вперед по либерализации торговли и улучшению условий взаимной торговли, заявил во Владивостоке Владимир Путин. «Очень рассчитываю на то, что в других странах-партнерах будут приниматься решения подобного рода, в том числе тарифного и нетарифного регулирования», — добавил он.
Глава «Роснефти» Игорь Сечин в беседе с журналистами отметил, что решение об экспорте резко поднимает эффективность работы нефтеперерабатывающего завода. Кроме того, для повышения инвестиционной привлекательности совместных проектов г-н Сечин предложил странам АТР снизить импортные пошлины на нефть, добываемую на российском шельфе.
«Роснефть» не раз заявляла, что намерена увеличить поставки нефти в Китай. Для этого компания весной 2012 года предоставила CNPC скидку в размере 1,5 долл. за баррель нефти. Экспорт «Роснеф­ти» в страны АТР за первое полугодие 2012 года составил 8,8 млн т, снизившись по сравнению с аналогичным периодом прошлого года на 6,5%. Реализация неф­тепродуктов упала на 12,2%, до 4,3 млн т, говорится в отчете госкомпании.
Китай, со своей стороны, продемон­стрировал, что сотрудничество действительно возможно и с китайской стороны не будет ограничений, говорит глава Российско-китайского центра торгово-экономического сотрудничества Сергей Санакоев. «Экспорт энергоносителей для китайцев — нонсенс, такого раньше не было, и это решение как абсолютная степень свободы для России было принято, чтобы проект НПЗ сдвинулся с мертвой точки», — уверен он. Пока что соглашение сторон не было завизировано, но, как отмечает эксперт, в данном случае достаточно существующего заявления китайской стороны. «Уверяю вас, не бывает, чтобы они дали задний ход», — настаивает он.
Китайцы всегда мыслят категориями десятилетий наперед, поэтому о спекулятивной выгоде здесь речи не идет, соглашается аналитик ИФД «КапиталЪ» Виталий Крюков. Он подчеркивает, что перерабатывающий бизнес в Китае сейчас не самый выгодный, и если бы не было права на экспорт, смысла строить завод не было бы вообще.