Глава Шлюмберже недоволен нефтегазовой отраслью

Выступление руководителя компании Schlumberger Паала Кибсгаарда (Paal Kibsgaard) 21 марта на конференции по энергетике в Новом Орлеане вызвало бурные отклики за рубежом, а в России обсуждалось мало. Обычно я редко комментирую высказывания топ-менеджеров; меня более интересуют факты, нежели мнения. Но здесь особая ситуация.

Во-первых, Шлюмберже – крупнейшая нефтесервисная компания, бесспорный лидер отрасли. Во-вторых, она умело отделяет свой бизнес от всякой политики, никакие «санкции» и сентенции не мешают ей работать в России, причем довольно успешно. В-третьих, в I квартале нынешнего года Шлюмберже снизило прогноз по выручке до $6,5 млрд, а это почти ВДВОЕ меньше, чем два года назад. И в следующем квартале компания ожидает продолжения спада. Если уж бесспорным лидерам так плохо, кому хорошо-то?

Итак, давайте посмотрим, как оценивает Кибсгаард ситуацию в нефтедобыче, и какие для этого есть основания.

Глава Шлюмберже считает, что нефтегазовая отрасль находится в глубоком финансовом кризисе. Большинство операторов имеют неприемлемые уровни доходности и потоков наличности, и это порождает такую же ситуацию в сервисе. Он полагает, что отрасль не справилась со своими задачами, что ей нужна НОВАЯ СТРАТЕГИЯ. В качестве доказательства Кибсгаард козыряет вроде бы бесспорным фактом: за последние 10 лет инвестиции в нефть и газ выросли в 4 раза, а добыча – лишь на 15%.

Странно мне слышать такие речи. Для начала отметим, что рост добычи определяется вовсе не избытком инвестиций, а ПОТРЕБЛЕНИЕМ. Не нужно было миру больше нефти. Хоть в 40, хоть в 400 раз больше вливай в промыслы хрустящие бумажки, а крестьяне из Бангладеш от этого с буйволов на мерседесы не пересядут. С другой стороны, по всем отчетам за эти годы и новых нефтяных запасов было открыто немерено (вот они где, инвестиции!). На целых 45 млрд тонн выросли доказанные запасы, и теперь планета обеспечена нефтью не на 40 лет, как раньше, а на целых 52 года. Казалось бы, живи и радуйся. Наконец, куда же девались славные технические достижения, в которых и сама Шлюмберже принимала живое участие? Сланцевая революция ведь победила? Победила. Всех своих участников. Подводные скважины научились бурить на невиданных глубинах? Научились. О чем же печалимся?

К тому же далеко не везде нефтяные компании бедствуют. Плач и стон стоят в Канаде, Мексике, Бразилии, которые на пике цен оснастились как раз дорогой западной техникой. А в России нефтяники спокойно работают. В Китае – тоже. В арабских странах. Да, прибыли стало меньше. Но не зря говорят: от недополученной прибыли никто еще не умирал. В отличие от переполученных убытков.

Топ-менеджер не называет конкретную причину этих страданий, но сетует на действия стран ОПЕК, которые «в борьбе за долю рынка» не ограничивают добычу и при этом имеют приемлемые доходы. Он считает, что бесполезно ждать цены в районе $100, что при росте мирового спроса на 1 % в год она будет еще долго находиться «на средних уровнях».

Полное впечатление, что на западе так долго повторяют мантру о «борьбе за долю рынка», что уже сами в эту чепуху поверили. Хотя точнее назвать ее «борьбой за убытки». Если всего две страны, Саудовская Аравия и Россия сократят общий экспорт на 4 млн барр./день (это примерно 20% их добычи), то на рынке моментально образуется приличный дефицит поставок. В течение 3-4 месяцев будут израсходованы накопленные запасы, далее нефтяные цены вырастут вдвое, а доходы этих стран – на 38 %. И, что самое приятное, при сокращении количества проданной нефти.

Умиляют и ожидания слабого потребления. В прошлом году оно росло на 1,8%. Ну конечно же, при снижении цен на бензин в 1,3-1,6 раза, его начнут беречь, как зеницу ока и все дружно пересядут на велосипеды. И вместо подешевевшей солярки топить станут кизяками.

В чем же глава крупнейшей компании видит выход из нарисованной им преисподней? В усилении монополизации. Это понятно. Сейчас, когда прямое ощипывание нефтедобывающих стран стало затруднительным, оно происходит косвенным путем, через уничтожение конкурентов и монопольные цены. Поэтому гидроразрыв пласта в исполнении монополиста стоит $700 тыс.
Поэтому Шлюмберже за последние 5 лет благополучно поглотила другие сервисные компании Smith, MI-SWACO и Geoservices, а сейчас готовит слияние с корпорацией Cameron, крупным производителем нефтегазовой техники. Полна у купца коробочка, но влетит в копеечку.

Все же в главном я соглашусь с Кибсгаардом: западная нефтегазовая отрасль находится в ауте. Она разжирела на прежних высоких доходах, разбазарила и прибыли, и кредиты на возведение сланцевых иллюзий и вдобавок получила удар под дых от своих же биржевых спекулянтов. И я вижу только один способ исправить ситуацию.

Нужно раз и навсегда перестать ВРАТЬ. Подтасовывать запасы и статистические данные. Превозносить липовые успехи и замалчивать тяжелые поражения. Нужно, чтобы единственным критерием для принятия решений стал расчет специалиста, который знает свое дело и готов отвечать за результат. И еще: нужно не стесняться одергивать болтливых журналистов; их трескотня порой становится хуже чумы и способна испакостить любое полезное дело.
Впрочем, я убежден, что этот способ в западных странах задействован не будет. Будет ли у нас? Не знаю. Посмотрим.

Тем временем котировки нефти Brent на прошедшей неделе отклонились от моего прогноза: произошла коррекция вниз до $39,2. Однако сложившийся краткосрочный даунтренд просуществовал недолго; закрытие прошло на $40,45 (-2,5%). На дневных и недельных графиках растущие тренды сохранились.

Коммерческие запасы нефти в США за прошедшую неделю выросли на 9,3 млн барр., благодаря росту недельного импорта на 4,9 млн барр. Запасы бензина сократились на 4,6 млн барр., дизеля – увеличились на 0,9 млн барр. Добыча нефти по оперативным данным уменьшилась на 30 тыс. барр./сут. Продолжилось сокращение числа работающих буровых станков, в США на 12 единиц до 464 шт., а в Канаде - на 14 единиц, до 55 шт.
На следующей неделе Brent попытается пробиться выше $42,5, а в случае дальнейшего сокращения нефтедобычи и бурения в Америке, эта попытка может стать успешной.