«Распадская» отказалась от совместного с Газпромом проекта по дегазации одной из её шахт

Москва. ПАО «Распадская» (входит в группу Evraz) отказалось от совместного с Газпромом проекта по дегазации одной из ее шахт. Об этом сообщил начальник департамента по разведке и добыче углеводородов газовой монополии Сергей Меньшиков на конференции «Развитие производительных сил Кузбасса».

Пилотный проект заблаговременной дегазации планировали реализовать на шахте «Ерунаковская-8», находящейся близ Талдинского метаноугольного месторождения, лицензия на отработку которого принадлежит дочерней структуре Газпрома – «Газпром добыча Кузнецк» (ГДК). В рамках проекта планировалось объединить объекты ГДК и дегазационные скважины «Ерунаковской-8» в единую систему, а в перспективе - построить и ввести завод СПГ.

Согласно презентации Меньшикова, в 2022 году была проработана «дорожная карта» проекта, а в 2023 году «Распадская» отказалась от него. Это решение, как и отказ других угольных компаний от заблаговременной дегазации, представитель Газпрома связывает с «отсутствием соответствующих законодательных требований».

Комментарий «Распадской» пока получить не удалось, пишет Интерфакс.

Зампредседателя комитета Госдумы по энергетике Дмитрий Исламов отметил, что часть экспертов из угольной отрасли «имеют стойкое мнение», что заблаговременная дегазация несет последствия для угледобычи.

По его мнению, нужно реализовать пилотный проект угледобычи на месторождениях, где метан уже извлечен. «Реализовать такой пилотный проект с научным сопровождением, чтобы зафиксировать (результаты -) с учетом особенностей залегания наших (угольных) пластов, технологии добычи метана», - сказал Исламов.

Его мнение поддержал главный инженер - первый замгендиректора ГДК Алексей Беляев. Он добавил, что работа по гидроразрыву пласта (применяется при извлечении метана) и дальнейшее проведение пробной отработки угольного пласта есть в планах компании. По его словам, помимо гидроразрыва прорабатываются «дополнительные решения» для интенсификации притока метана в скважинах, «которые будут являться щадящими для угольных пластов».

Беляев также отметил, что добыча метана угольных пластов «кардинально отличается от существующих, принятых, традиционных методов добычи газа». «Жизненный цикл метаноугольных скважин нельзя рассматривать через призму обыкновенных газодобывающих скважин (. . .) Газ этот (метан) ненапорный, добывается механизированным способом, срок жизни скважины очень ограничен. Если совмещать эту деятельность с работой угольных предприятий, то мы еще более зажаты в рамках извлечения метана из угля, потому что (. . .) после добычи газа угольные компании должны приходить буквально в течение трех лет, даже пять (лет) сегодня не рассматривается», - объяснил Беляев.

По его мнению, для реализации проектов добычи метана необходимо создавать «центры ответственности, которые будут управлять этим процессом, используя наилучшие практики одной и другой отрасли».

Беляев добавил, что эффективность добычи метана угольных пластов возможна только при комплексном подходе, когда добытый метан поставляется в качестве сырья на завод СПГ и реализуется уже в виде СПГ..

Правительство Кемеровской области ранее отмечало, что для проектов по добыче метана из угольных пластов необходима господдержка. Комментируя в прошлом году проект на шахте «Ерунаковская-8», власти региона говорили, что «в настоящее время проект экономически нецелесообразен из-за высокой стоимости добычи метана угольных пластов: по предварительным расчетам, 1 куб.м метана угольных пластов после регазификации СПГ с учетом всех затрат будет стоить в 4 раза дороже среднерыночной стоимости газа для населения».

По оценке Газпрома, прогнозные ресурсы метана в основных угольных бассейнах России оцениваются в 83,7 трлн куб.м, Кузбасса - 13 трлн куб.м.