Александр Шпильман: В 2018 году продолжим наращивать добычу трудноизвлекаемых запасов, используя собственные технологии

- Александр Владимирович, как бы вы коротко подвели итоги 2017 года для нефтегазовой отрасли?

- Добыча нефти и газа в России в 2017 году не претерпели сильных изменений. Добыча нефти в ХМАО немного снизилась, но по-прежнему сохраняет позицию выше 230 млн тонн в год. Также в этом году было введено несколько месторождений. Все это говорит о том, что нефтяная отрасль в Югре и в России в целом достаточно стабильна.

Если говорить о мировых тенденциях, то, конечно, 2017 год отмечается стабилизацией цен на нефть выше 60 долларов за баррель и эта цена устраивает основных разработчиков сланцевой, тяжелой нефти и других. Такая цена позволяет развиваться производству по трудноизвлекаемым запасам в мире.

- Как вы думаете, какие значимые события произойдут в 2018 году?

- Не следует ожидать скачков цены на нефть. Она будет сохраняться в пределах 60 долларов за баррель либо поднимется чуть выше этой отметки. Резкое повышение цен на нефть возможно только при каких-то катаклизмах, войнах или политических передрягах. Я думаю, что  2018 год будет очень стабильным.

- По мнению геологов, есть перспективы в освоении баженовской свиты, но их пугает разница в оценках извлекаемых ресурсов - от 3 миллиардов до 120 миллиардов тонн нефти. Какой объем может оказаться более реальным?

- Разногласия идут из-за неверного употребления терминологии. У нас, у геологов, есть различное понятие запасов и ресурсов: геологические запасы - сколько нефти содержится в недрах; извлекаемые запасы - сколько нефти можно добыть при наличии современных технологий, экономически рентабельные для добычи запасы. Поэтому когда говорят про запасы, геологи переспрашивают, о каких именно запасах идет речь. Моя оценка геологических ресурсов нефти в баженовской свите - 100 миллиардов тонн, извлекаемых - 5-6%, около 5-6 миллиардов тонн. Официально на балансе сейчас числится примерно 4 миллиарда тонн извлекаемых ресурсов нефти. Хочу отметить, что речь идет о еще не открытых месторождениях. Потому что открыто не так много – около 500 миллионов тонн нефти. Все остальное - еще не открытые ресурсы.

Возможно, появятся технологии, которые повысят процент извлекаемости запасов, например, с 5% до 10%, соответственно, на несколько миллиардов вырастут запасы и ресурсы. Пока таких технологий ни в России, ни в мире не разработали.

- Какова доля добычи «трудной» нефти в России в 2017? Какие проблемы в увеличении ее добычи существуют в нашей стране? Решаемы ли они?

- Под словосочетанием «трудноизвлекаемая нефть» все понимают разное. Еще нет точного определения для данного термина. Поэтому оценки экспертов могут отличаться. Примерно 30% от объемов добычи нефти в России стоит относить к трудноизвлекаемым.

Технологические проблемы в увеличении добычи трудной нефти для многих объектов решены. Например, добыча из отложений тюменской свиты в Югре за 17 лет выросла с 2 миллионов тонн до более чем 20 миллионов тонн нефти. Добычу из этих отложений в округе мы смогли увеличить в десять раз. Проблему удалось решить с помощью использования горизонтального бурения, гидроразрыва пласта. Мы преодолели технические трудности и достигли высоких показателей.

Увеличение добычи трудной нефти на разных объектах требует совершено разных решений. По баженовской свите они пока не найдены. Если посмотреть на проблему более глобально, то мы столкнемся с проблемой санкций, которые закрыли нам доступ к технологиям. Но в то же время это стимулировало разработку таких технологий своими силами.

Я думаю, что все преодолимо. Будем продолжать наращивать добычу из тех объектов, которые относятся к трудноизвлекаемым запасам.