Природный ресурс

Экологическая политика в России преследует исключительно экономические цели, и притом краткосрочные. В оправдание можно ссылаться на примеры из жизни других стран. Но экология — одна из сфер, для принятия решений в которой необязательно вступать в ВТО или сравнивать себя с другими.
Недавний доклад Pricewater-houseCoopers, посвященный угрозе изменения климата, предлагает России сократить объем вредных выбросов вдвое к 2050 г. (с 420 млн т углерода до 220 млн т), так же как развитым странам. Интересно, что авторы доклада при этом относят Россию к странам развивающимся. Двойные стандарты? По энергоемкости ВВП Россия в 3,1 раза обгоняет Западную Европу. На это скептики обычно отвечают, что у нас очень холодно. Обвинения в двойных стандартах часто звучат и в связи с Киотским протоколом, имеющим, по мнению многих, тайную цель ослабить нашу экономику.
Но проблема выбросов объективна и самодостаточна для любой страны, ее можно спокойно отделить от мировой. Если бы мы могли похвастаться своими действенными программами, направленными на улучшение экологической ситуации в стране, можно было бы тогда смотреть свысока на западные исследования. Последние 10 лет уровень загрязнения воздуха, воды и почвы рос в среднем на 5% в год.
Очередная громкая инспекция замруководителя Росприроднадзора Олега Митволя, потребовавшего отозвать ряд лицензий на месторождения “Лукойла” в Коми, тоже не выглядит частью последовательной экологической политики. Основной причиной претензий является давняя практика наших добывающих компаний приобретать месторождения про запас, не разрабатывая их годами. Претензии к “Лукойлу” на фоне фактически замороженной “Газпромом” разработки Штокмановского месторождения выглядят как минимум тем же двойным стандартом. Вероятнее всего, претензии к “Лукойлу” не будут иметь серьезных последствий. Что только подтвердит исключительно экономические цели российской экологической политики. А хорошо бы было наоборот.
На Камчатке, по сообщениям СМИ, зреет экологический конфликт местного масштаба. Чиновники Камчатского управления природных ресурсов и охраны окружающей среды проводят ревизию территорий природного наследия — заказников — на предмет возможности их закрытия. Закрытие может быть признано целесообразным, если заказник уже выполнил свою функцию, т. е. уже сохранил или восстановил некий уникальный биоценоз. Это вполне законно — заказники могут быть временными, а судьбу их решают местные власти. Понятно, что судьба заказников стоит определенного количества денег. Разработка месторождений полезных ископаемых принесет в регион деньги, увеличит занятость и доходы жителей и т. п. Имеет ли кто-то право требовать в такой момент от местных властей и жителей самоограничения ради сохранения природы?
Качество жизни определяется не только доходами граждан, но и состоянием окружающей среды. Да, на нынешнем этапе развития, жертвуя природой, Россия может больше зарабатывать на тех же сырьевых ресурсах. Но по мере развития экономики подобный размен становится все менее реализуемым. Экономисты, основываясь на статистических данных, показали, что рост уровня удовлетворенности жизнью поначалу напрямую коррелирует с ростом уровня доходов, но по мере удовлетворения первичных потребностей эффект от роста доходов снижается или вовсе сходит на нет. Это верно и в отношении природы. Поначалу нанесение ей ущерба идет на пользу экономике, но с какого-то момента — уже во вред. России необходимо спрогнозировать это изменение и выработать современную и долгосрочную экологическую стратегию. Иначе критически вредной для человека может стать экономика.