Дмитрий Медведев определил пять условий развития венчурного бизнеса в России

Вчера Дмитрий Медведев провел в Московском институте стали и сплавов выездное заседание комиссии по модернизации и технологическому развитию, посвященное венчурному бизнесу. Понятие «венчурные инвестиции» происходит от английского слова venture, которым называют рискованные начинания. «Венчурные» -- это капиталовложения в перспективный инновационный бизнес, которые, хотя и сопряжены с рисками, но могут принести крупный доход. По мнению г-на Медведева, объявившего поддержку инноваций одним из приоритетов своей политики, «венчурный бизнес -- это как раз та сфера, где риск -- дело благородное». Такую запись он оставил в своем Твиттере за несколько минут до начала заседания.
Встречу с членами комиссии по модернизации экономики президент начал с констатации: российские инвесторы пока неохотно вкладывают деньги в создание закрытых венчурных паевых инвестфондов. «Тенденция увеличения расходов отечественных компаний на исследования, научные разработки уже стала очевидной, но венчурного капитала у нас мало», -- отметил г-н Медведев. По его словам, в России действует 108 венчурных фондов, при этом фактически работает только 43, а их общий капитал составляет около 2 млрд долл. «Конечно, смотря с чем сравнивать, но это совсем немного в масштабах такой страны, как наша, в сопоставлении с теми фондами, которые имеются в других развитых государствах», -- признал г-н Медведев.
По данным Российской венчурной компании, в среднем из каждых десяти проинвестированных компаний три неудачны, три обеспечивают возврат вложенных средств, три дают средний доход, сравнимый с малорисковыми вложениями, и лишь одна сверхдоходна и приносит сотни процентов прибыли, что покрывает издержки, связанные с неудачным инвестированием. В 2009 году рынок венчурных инвестиций в США составил 21,4 млрд долл., в Евросоюзе -- 4,6 млрд, в Китае -- 1 млрд, в России -- 300 миллионов.
Дмитрий Медведев предложил пять конкретных мер, направленных на стимулирование венчурного бизнеса в России.
Во-первых, убежден президент, поскольку переход к инновационной экономике усложняет формы ведения бизнеса, а возникающим венчурным фондам и стартап-компаниям (от англ. start-up -- «начинать что-либо») приходится иметь дело с гораздо более высокими уровнями риска, это должно быть отражено в отечественном законодательстве. «Если говорить о бизнесе в сфере инноваций, венчурного финансирования, мы понимаем, какой там процент брака. Главное, чтобы этот брак правильным образом оценивался государством, потому что все наши проверочные механизмы исходят из того, что, если результат не достигнут, хотя бы бумажный, это дает основание для преследования -- и налогового, и иногда даже уголовного», -- сказал г-н Медведев. И добавил, что в таких условиях у нас «никогда никакого венчурного финансирования не появится». Изменить ситуацию можно, лишь скорректировав нормативную базу и приведя ее к единому знаменателю с законодательством стран с развитой инновационной экономикой. Соответствующие поправки должно будет подготовить правительство.
В качестве второй меры президент назвал необходимость развивать систему экспертизы и сервисные услуги, востребованные бизнесом (юридические, информационные, бухгалтерские). «Любой стартап без такого сопровождения, без умения цивилизованно вести бизнес, обречен на неудачу, -- убежден г-н Медведев. -- При этом такое инфраструктурное сопровождение бизнеса должно быть разумным и достаточным».
«В-третьих, -- продолжил президент, -- необходимо расширить направления, которые финансирует Фонд содействия развитию малых форм предприятий, используя механизмы грантового и возвратного финансирования».
«Четвертое -- нужно не только активно привлекать иностранные инвестиции, но и развивать отечественный финансовый рынок, создать такие условия, которые позволят оставаться в российских компаниях привлеченному капиталу независимо от обстоятельств на международных рынках», -- сказал г-н Медведев. Он напомнил, что в этом направлении «уже немало сделано»: приняты законы, защищающие инвесторов от банкротства финансовых организаций, введены меры налогового стимулирования научной, опытно-конструкторской и технико-внедренческой деятельности. «Будет продолжена работа как по снижению регулятивной нагрузки на инвестфонды, так и в части либерализации экспорта инновационной продукции», -- пообещал глава государства.
И наконец, в-пятых, глава государства призвал «обеспечить непрерывность работы всех звеньев инновационной цепочки и координацию институтов развития». «Уже не раз ставилась задача создания «инновационного лифта» для высокотехнологичных компаний. Пора создать единую информационную базу таких проектов, а также своего рода систему логистики инвестиционных проектов», -- заявил г-н Медведев.
Президент особо отметил, что его понимание модернизации государства не отличается от мнения той части населения, которая поддерживает этот курс, -- это не только переход к инновационной экономике, но и борьба с коррупцией, снятие административных барьеров для бизнеса, честная конкуренция. «Я обратил внимание, что в одной из газет, по-моему, в «Ведомостях», было сказано, что в нашей стране граждане совершенно иначе понимают модернизацию, чем ее президент. Дело газет -- все это обострять, это нормально, может быть, даже иногда просто необходимо. Но я думаю, что все присутствующие здесь понимают, что ни я, ни российские граждане никогда не относились к модернизации просто как к вопросу перехода на инновационную экономику», -- заверил г-н Медведев. Инновации -- это, безусловно, очень важный элемент модернизации, но есть и другие, чья значимость ничуть не меньше. «Более того, может быть, без решения этих вопросов никакая технологическая модернизация, никакая инновационная экономика не возникнет. Это вопросы противодействия коррупции, вопросы уменьшения административного влияния в нашей стране и вопросы развития честной конкуренции», -- подытожил президент