Почему уголь дорожает, а российские предприятия продолжают терять деньги

Слушать.

Москва. На азиатских рынках, куда Россия направляет основную часть угольного экспорта, энергетический уголь дорожает. В сентябре котировки российского сырья в порту Восточный поднялись до $106,1 за тонну FOB, это максимум с конца 2023 года. При этом Минэнерго РФ прогнозирует, что по итогам года убыточными останутся около 70% предприятий.

Почему высокие цены почти не помогают отечественным компаниям, изучило Агентство нефтегазовой информации.

Кто покупает уголь

Международное энергетическое агентство (МЭА) ожидает, что в 2026 году мировой спрос на уголь вырастет на 1,2% и обновит рекорд – 8,94 млрд т, хотя в декабре 2025-го агентство прогнозировало снижение. Влияние оказали перебои с поставками СПГ через Ормузский пролив: газ подорожал, и страны со свободными угольными мощностями перевели на уголь часть генерации.

Сильнее всего это заметно в Азии. По данным МЭА, Япония и Южная Корея, которые почти полностью зависят от импорта топлива, после подорожания газа увеличили потребление угля. В Индии и Вьетнаме спрос подстегивают жара и снижение выработки ГЭС из-за Эль-Ниньо: в Индии в сентябре выработка тепловых электростанций выросла на 16% г/г, следует из обзора JM Financial. В Китае растет использование угля в химической промышленности, а собственная добыча снизилась после проверок безопасности на шахтах.

Часть этого спроса получили и российские поставщики. В первом полугодии экспорт угля из России в Южную Корею вырос на 89,4%, до 12,5 млн т, по данным Shanghai Metals Market.

Впрочем, нынешний рост – не столько «возвращение» к углю, сколько продолжение давней тенденции, считает научный сотрудник Финансового университета при Правительстве РФ Станислав Митрахович.

«Китай, например, закрывает старые угольные станции и открывает новые, более современные и технологичные. Многие страны Юго-Восточной Азии, которые, казалось бы, должны были делать ставку на газ, но на самом деле развивают угольную генерацию. В принципе, этим занимается вся Юго-Восточная и Южная Азия. И зайти туда с газом, с тем же СПГ, для России непросто», – отметил эксперт.

Китай снижает закупку российского угля

На главном для России рынке ситуация складывается иначе. Китай в 2026 году покупает больше угля, но меньше – российского. По данным Главного таможенного управления КНР, в январе-сентябре импорт в страну вырос на 2,2% г/г, но поставки из России в январе-августе при этом сократились на 10,9%, до 53,1 млн т. Доля РФ в китайском импорте снизилась до 17,1%. Основным выгодоприобретателем стала Монголия: за девять месяцев она нарастила поставки в Китай на 40%, сообщает Mining Weekly.

По словам Станислава Митраховича, часть колебаний связана с особенностями самого китайского рынка, но ключевая сложность – в том, что энергетический уголь в мире производят многие.

«У Китая бывают перепады в отдельные месяцы, связанные, например, с ремонтами или авариями в добывающих районах. С металлургическим углем более-менее все в порядке. С углем как топливом для теплоэлектростанций есть сложности: в мире его производят много где. Китай потребляет примерно половину мирового угля и примерно половину производит, поэтому его импорт по сравнению с потребностями невелик. Мы тоже поставляем, но как увеличить эти объемы, с учетом ценовых скидок, – вопрос открытый», – сказал он.

На восток – дорого

Общий экспорт при этом растет за счет других направлений. По данным РЖД, в январе-сентябре погрузка угля увеличилась на 6,2%, до 141 млн т, а в порты Дальнего Востока – на 11,1%. Но перевозка дорожает: в 2025 году тарифы РЖД выросли на 13,8%, а с октября 2026 года – еще на 8,5%. Южный маршрут фактически закрыт: экспорт через порты Азово-Черноморского бассейна с лета практически остановлен.

«Восточное направление подверглось серьезному «логистическому стрессу». Мощности БАМа и Восточного полигона пришлось делить на большее количество экспортеров и импортеров, тарифы РЖД заметно выросли. Для ключевых угольных бассейнов, расположенных глубоко на материке, такое положение вещей критично», – отметил член экспертного совета при Российском газовом обществе Павел Марышев.

По его словам, рост отгрузок в сентябре-октябре стал возможен как раз благодаря резкому увеличению мировых цен, и после стабилизации проблема логистики снова выйдет на первый план.

«Платить по $50-60 за тонну, доставленную к восточным портам, значит наращивать ценовую премию для конечного покупателя. Рынок угля профицитный, поэтому в стабильной обстановке конкурентоспособность российских поставок окажется низкой», – считает эксперт.

Стоит помнить, что высокая стоимость пришла в отрасль, которая несколько лет работала в минус.

«Пятилетка для углепрома выдалась непростой: логистические проблемы, нисходящий ценовой тренд, кризис инвестиций в отрасль. Уголь перестал быть маржинальным продуктом, а предприятия обросли многомиллиардными долгами. Если в 2024 году за тонну экспортного сырья получалось выручить $127, то в 2025 году – порядка $108. Поэтому восходящий ценовой тренд должен оказать самое положительное влияние на «самочувствие» российской отрасли», – говорит Павел Марышев.

Эффект заметен, но пока ограничен. По прогнозу Минэнерго, убыток отрасли по итогам 2026 года сократится до 300-310 млрд руб. против 408 млрд руб. годом ранее. При этом кредиторская задолженность, по данным замминистра энергетики Дмитрия Исламова, составляет 1,6-1,8 трлн руб.

По словам Павла Марышева, даже с отсрочками от государства направлению не хватает денег: чтобы быстро нарастить поставки, компаниям нужны новые оборотные кредиты. Оптимальным решением могло бы стать проектное финансирование под залог экспортных контрактов, но собрать для этого банковский синдикат в нынешних условиях не получится, поэтому угольщикам приходится искать другие источники средств.

Ставка на долгий спрос

Стратегически отрасль «замерла» в ожидании нового инвестиционного цикла. Под него в сентябре правительство РФ утвердило обновленную программу развития угольной промышленности до 2050 года. В целевом сценарии экспорт к 2050 году должен вырасти до 350,1 млн т, а доля России в мировой торговле углем – с 13% до 24-27%.

Павел Марышев ожидает, что в среднесрочной перспективе спрос на энергетический уголь будет превышать прогнозы, а основными рынками останутся АТР, Индия и Китай. Пиковые цены и высокая потребность продлятся до окончания конфликта на Ближнем Востоке, влияние на рынок продолжится в горизонте 5-10 лет. Фактором роста для российского экспорта он назвал расширение транспортных возможностей БАМа, Транссиба и Восточного полигона, укрепление взаимовыгодного сотрудничества со странами АТР.

Станислав Митрахович оценивает перспективы экспорта энергетического угля сдержаннее, полагая, что РФ сложно конкурировать в текущих условиях со странами, где нет санкций и проще логистика. Он считает более эффективным создание генерации рядом с угольными разрезами и энергоемких производств поблизости от электростанций, например, ЦОДов. По его словам, без этого угольные предприятия в центральной и западной части страны могут рано или поздно закрыться.

Таким образом, высокие цены дали российскому углепрому передышку: отгрузки растут, убытки сокращаются. Но системных проблем текущий бум не решает. Пока логистика остается дорогой, долговая нагрузка высокой, а конкуренция на китайском рынке усиливается, выгоду от мирового спроса отрасль получает лишь частично. Сможет ли она закрепиться на азиатских рынках после окончания кризиса, будет зависеть от расширения восточной инфраструктуры и доступа к финансированию.

Фото Михаила Климентьева с сайта ТАСС