Искусство на высоте: тонкости редкой профессии художника-альпиниста Николая Давыдова

Уникальный специалист рассказал, как рисует логотипы, которые видно из космоса

Самара. Промышленные альпинисты-художники — редкая и востребованная профессия в промышленном дизайне. В услугах этих уникальных специалистов нуждаются и владельцы высотных зданий, и крупные компании, имеющие огромные по площади сооружения — сегодня каждое уважающее себя предприятие стремится разместить на них свой логотип. Промышленных альпинистов, способных нанести такое изображение, в России можно пересчитать по пальцам. А таких, как Николай Давыдов, которые могут нарисовать абсолютно любой логотип, — всего пять.

Николай — мультибрендовый специалист, член профессиональных сообществ SPRAT и «ПромАльпИнформ». Заказчики бронируют время в расписании художника из Самары и готовы ждать неделями, чтобы начать с ним работать. Самый большой логотип, который ему приходилось рисовать — высотой с шестиэтажный дом. Чтобы масштабировать эскизы изображений до таких размеров, Николай разработал собственную методику нанесения рисунка.

Мы встретились с уникальным специалистом, чтобы поговорить о том, как сделать карьеру художника на высоте.

— Николай, свой путь на высоту Вы начинали с погружений в глубочайшие пещеры мира. Расскажите, как из спелеолога вы превратились в промышленного альпиниста-художника?

— Во время обучения театральному искусству в Самарском институте культуры, я записался в городской спелеоклуб «Жигули-спелео». Его участники лазают в вертикальные пещеры. Так я побывал даже в глубочайшей пещере мира Крубера-Воронья в Абхазии и самой глубокой пещере России Горло Барлога.

Тот, кто умеет обращаться с веревкой, карабинами и прочим снаряжением, рано или поздно получает предложение от своих старших товарищей о работе на высотке. И первым моим объектом промышленного альпинизма стала покраска самарского телецентра на высоте сто двадцать метров над землей. Затем меня с другими ребятами из спелеосекции пригласили оформить емкости тогда еще существовавшей компании «Юкос». Дали большие шаблоны, и все летние каникулы я работал. Для меня в двадцать лет это было больше развлечение, мы висели на резервуарах и горланили песни. Было весело, еще и заработал хорошо. Так я впервые совместил промышленный альпинизм с искусством.

— Чего в вашей работе больше: технической точности или творчества?

— В работе с логотипами прежде всего важно пространственное мышление и работа с геометрическими фигурами. И к тому же, мне нравится чертить, чтобы получалось все четко и красиво. Высшая математика при масштабировании рисунка не требуется, в основном базовые формулы геометрии.

Резервуар состоит из поясов, и при построении рисунка нужно отталкиваться от сварных швов.  Ответственное лицо указывает лишь направление, куда «смотрит» логотип, дальше передо мной белое полотно, как чистый лист у художника. Вся «творческая лаборатория» происходит дома, на участке — техническое исполнение. При подготовке решается, как наименее трудозатратным способом нанести рисунок. Где-то стоит и шаблон заготовить, чтобы увеличить скорость выполнения задания, а эмблемы — они огромные, как правило, выверяю их, размечаю уже на месте.

Работая циркулем с радиусом почти три метра, чувствую себя немного художником, творцом, и на выходе — рисунок. Маленькие радости получаешь от этого. Раньше подписывал внутри логотипа карандашом свои работы, с земли не видно было… баловство!

— Площадь самого большого объекта, который вы рисовали на высоте — примерно пятьсот семьдесят квадратных метров. Это сопоставимо с размером стандартного дачного участка. Если во время нанесения такого масштаба изображения случится ошибка, то как исправлять?

— Самый большой логотип, который вы упомянули, я рисовал на резервуаре «Транснефти». Высота всего рисунка составляла 18 метров, это как шесть этажей дома, ширина 32 метра. С изображениями такого масштаба, которые даже из космоса видно, ошибки практически невозможны. Бывают совсем небольшие емкости — булиты, я рисовал эмблему «Роснефти» размером в тридцать сантиметров, а весь логотип был полтора метра. Вот это более точная работа, для которой нужны другие кисточки и валики, и тут можно ошибиться. Если что-то пошло не так — с собой у меня растворитель и тряпочка. Но это случается редко. Всегда сначала делаю разметку карандашом или маркером, обычно сразу же и закрашиваю.

— Для масштабирования рисунков у вас есть собственная профессиональная хитрость, которая позволяет добиться потрясающего качества исполнения с минимумом инструментов, и в кратчайшие сроки. Расскажите, как  эта методика родилась?

— Я довольно быстро разобрался, как перенести рисунок с листа бумаги, как его масштабировать, а придумать, как нанести эти элементы, стоило труда. На начальном этапе пробовал простейшие противовесы-веревочки с грузилами, которые сдувались ветром, банки с водой для выставления уровня. Сейчас мне для нанесения абсолютно любого рисунка достаточно трех основных инструментов: это металлическая линейка, уровень 90 сантиметров, чтобы в чемодан помещался, и складной циркуль, сделанный из рыболовного сачка. Самое главное, повторюсь, совершается дома, там все главные секреты и «таинство» настоящего логотипщика, а техническое быстрое исполнение — это наработки и большой опыт. К сожалению, все нюансы не смогу открыть, чтобы не обесценивать свою работу. Скажу только, что процесс существенно ускоряется: достаточно техзадания и одного дня на подготовку к любому новому бренду, рисунку.

— Хорошо, пусть это останется вашей профессиональной тайной. Вообще в России, насколько я знаю, есть всего пять мультибрендовых специалистов, как Вы. Планируете ли поделиться с ними своей наработкой?

— Да, нас действительно всего пятеро. Мы друг друга хорошо знаем, методика у всех похожая, но у каждого есть свои профессиональные секреты, которые мы не раскрываем. Меня часто просят научить этой методике. Я лично оцениваю ее в 1,2 млн рублей — это сумма, за которую я готов ее продать после того, как мне самому она больше не понадобится.

— Уж точно не секрет, что благодаря вашей методике компании не только получают отлично выполненное изображение, но еще и существенно экономят: не нужно задействовать целый штат сотрудников. Как такое может быть? Известно же, что качественный продукт не бывает дешевым.

— А он и не дешевый. Экономия в другом. Объясню на примере. Возьмем нанесение логотипа на резервуар объемом 50 тысяч кубометров. Раньше для этого компания непременно обращалась в рекламное агентство для изготовления полномасштабных шаблонов. У агентства уходило порядка 10–14 дней с согласованием и прочими формальностями, плюс доставка к месту проведения работ. Затем надо найти маляров, а из них мало кто берется за такую работу. Выполняют они ее обычно втроем и в течение недели. Практически месяц уходил на эту историю. Заказав один раз трафареты, нельзя рассчитывать перевезти их на другой объект: как правило, они приходят в негодность после одного использования. Стоимость трафарета 190 тысяч рублей, а еще затраты на малярную ленту, кисти, валики, магниты... Людям надо заплатить за неделю работы на высоте по повышенным расценкам — порядка 400 тысяч рублей насчитывается. Либо можно позвонить логотипщику, и через четыре дня все будет готово, по стоимости в пределах 130–150 тысяч рублей вместе с дорожными расходами. При этом, мой рабочий день в пять раз дороже, чем у маляра. Сегодня компании не тратят время и средства на рекламное агентство, а сразу ищут логотипщика. Они знают, что лучше дождаться профессионала, чем тратить ресурсы на изготовление шаблонов и прочее.

— Ваш богатый опыт позволил вам войти в состав таких профессиональных организаций, как Союз промышленных альпинистов России и SPRAT в США. Расскажите о вашем участии в них.

— Союз промышленных альпинистов — одна из немногих «живых» организаций в России в моей сфере деятельности. В чате «ПромАльпИнформ» организовано общение, мы получаем информацию о предложениях на рынке, недобросовестных работниках или работодателях, по снаряжению и прочее. Это позволяет быть в курсе актуальной повестки.

В американскую некоммерческую организацию SPRAT я вступил, чтобы иметь доступ к вакансиям в США, где я планирую работать. Сейчас я знакомлюсь с их культурой промышленного альпинизма. Кроме того, организация обеспечивает своих членов нормативной поддержкой, созданием сетей и возможностью участвовать в разработке отраслевых согласованных стандартов.

— Помимо планов освоить иностранные рынки, чем вы еще хотите заняться в будущем?

— Мне интересно такое направление, как внутреннее оформление помещений. Обои с рисунком вышли из моды, сейчас или обои под покраску применяют, или стены красят. Но голая стена смотрится скучно, картинки в рамках с рисунками слишком малы, а фотообои тоже не актуальны. Идеальное решение — художественное оформление. Главное, чтобы это было стильно и не вычурно. Конечно, деньги там не такие большие, как в «нефтянке», но творчества в разы больше: можно самому предлагать эскизы, искать идеальное решение. Меня привлекает творчество и эксклюзивность работы. Если создать себе имя и в этой сфере деятельности, то вполне можно заниматься тем, что нравится, и иметь высокий доход.

Если успешно освоить оформление квартир, торговых пространств, то наивысшая награда — это получить возможность нарисовать полотно, которое будет видеть весь город. И изобразить то, что хочешь сам, что не оставит большинство людей равнодушными. Я бы в муралах коснулся темы экологии, вырубки деревьев. Мне эта тема близка, я уже пять лет помогаю общественникам в борьбе за лесопарк в своем городе Самара. Если бы не наше сопротивление, его бы давно застроили высотками.

Что еще планирую? Принять участие в крутейшем триатлоне Ironman и переплыть великую русскую реку Волгу!