Единый экспортный канал может стоить Газпрому денег

Триумфальное прохождение через Думу закона «Об экспорте газа», который должен был официально закрепить монопольное право «Газпрома» на экспорт, сначала затормозилось, а теперь и вовсе близко к срыву. Сегодня нижняя палата парламента должна была принять документ во втором и третьем чтениях. Однако из-за большого числа поправок, поступивших от независимых производителей газа и нефтяных компаний, состоится еще одно заседание профильного думского комитета -- по энергетике, транспорту и связи. Конечно же сейчас уже не те времена, когда несколько нефтяных компаний могли заблокировать практически любую законодательную инициативу. Но и логика принятого в первом чтении документа оказалась слишком уж спорной. Фактически документ в оригинальном виде создает новые структурные перекосы в российской газовой отрасли.
Похоже, что даже у реального «двигателя» проекта закона -- «Газпрома» -- возникли сомнения в его целесообразности, поскольку документ неожиданно создал риск потери части доходов от продаж газа за рубежом. По сути, в результате принятия закона у независимых производителей появляется юридическое основание требовать допуска их газа в экспортный портфель «Газпрома» и, соответственно, пропорционального распределения выручки. По информации «Времени новостей», вчера до позднего вечера юристы концерна сидели в здании на Охотном ряду над присланными поправками.
Напомним, что 6 июня глава думского комитета по энергетике, транспорту и связи Валерий Язев вместе с шестью коллегами внесли в Думу проект закона «Об экспорте газа». В нем говорится, что в целях защиты экономических интересов России право экспорта газа нужно закрепить за собственником единой системы газоснабжения (читай: «Газпромом»), либо его стопроцентной «дочкой» («Газэкспортом»).
Причем привилегия касается не только трубопроводного газа, что было бы лишь фиксированием существующего статус-кво, но и голубого топлива, которое транспортируется «в сжиженном состоянии». Исключение предусмотрено только для действующих соглашений о разделе продукции -- по Харьягинскому месторождению, «Сахалину-1» и «Сахалину-2», но фактически лишает права самостоятельного экспорта участников будущих проектов, по которым будут заключены СРП.
По информации «Времени новостей», на прошлой неделе Российское газовое общество (объединяет всех участников газового рынка; создавалось и до сих пор патронируется г-ном Язевым) провело специальное заседание, где было предложено существенно переработать исходный документ. В частности, уточнить определение газа, подпадающего под единый экспортный канал, и, главное, прописать допуск независимых производителей к доходам от продаж газа за пределами России.
Председатель правления НОВАТЭКа Леонид Михельсон в письме г-ну Язеву предложил дополнить законопроект следующей формулировкой: «Порядок участия по внешнеторговой деятельности организаций, осуществляющих добычу газа на территории РФ и не имеющих лицензии на исключительное право экспорта газа, определяется правительством посредством квотирования экспортируемых объемов газа в зависимости от объема добытого газа, сданного в систему магистральных газопроводов».
В ЛУКОЙЛе пошли еще дальше. Как сообщили «Времени новостей» в пресс-службе компании, в своих замечаниях они дали сразу два возможных варианта поправки, закрепляющих права независимых на экспортные доходы непосредственно в тексте закона. Они предлагают закрепить норму либо «независимые производители газа осуществляют экспорт через единый экспортный канал по договорам поручения (комиссии) в объеме не более 30% объема, сданного в систему ЕСГ», либо «независимые производители газа участвуют в распределении прибыли, полученной от экспорта природного газа пропорционально сданному в систему ЕСГ объему». Причем механизм компенсационных выплат должен быть прописан в комментарии к закону. Представитель ТНК-ВР сообщил «Времени новостей», что компания также предлагает зафиксировать обязательства организаций, которые получат соответствующую лицензию (в рамках единого экспортного канала), по продаже за пределами страны газа добывающих компаний на основе агентских соглашений и в порядке, определяемом правительством.
Кроме того, компания «Итера» выступила с инициативой вывести из-под действия закона все проекты СРП, в том числе и те, которые будут заключены в будущем. Эта позиция, по идее, соответствует интересам «Роснефти», которая обладает сопоставимым с «Газпромом» административным ресурсом и вполне может рассчитывать на заключение СРП по своим перспективным проектам, например на Сахалине. В нефтяной госкомпании отказались обсуждать эту тему, отметив лишь, что «Роснефть» рассчитывает «на взаимопонимание по данному аспекту отношений с «Газпромом».
Не менее активно независимые производители протестуют против прикрепления к единому экспортному каналу «газа в сжиженном виде». НОВАТЭК, ЛУКОЙЛ и ТНК-ВР предложили уточнить формулировки, чтобы исключить распространение норм закона на сжиженные углеводородные газы (СУГ), которые получены в результате переработки газового конденсата и попутного нефтяного газа. Рынок этого топлива в последние годы развивается по мере роста добычи так называемого «жирного газа», требующего переработки, и увеличения утилизации попутного газа.
По данным Минпромэнерго, в прошлом году производство СУГ составило 8,6 млн. т. Из них около 4 млн. т были использованы в нефтехимической промышленности, 1,4 млн. т поставлено населению в рамках балансовых заданий, еще 1,8 млн. т продано по коммерческим ценам внутри страны и 1,3 млн. т экспортировано. К примеру, у НОВАТЭКа тонна СУГ, отправленная на экспорт, приносила в среднем 366 долл. Соответственно, в целом валютные доходы в этом сегменте можно оценить в 300-400 млн. долл. в год (без учета огромных перспектив роста производства и экспорта этого вида топлива). Принятая в первом чтении редакция закона позволяла структурам «Газпрома» подмять этот бизнес под себя.
Пока остается открытым и вопрос об отзыве со стороны правительства. Хотя в ходе первого чтения представитель Белого дома в нижней палате парламента поддержал законопроект, положительное заключение в письменном виде до сих пор не поступило. В профильном комитете Госдумы и «Газпроме» вчера получить комментарии не удалось.