Саммит G8 – ярмарка тщеславия

В идеальном мире может происходить и то, и другое: Украина и Южный Кавказ в НАТО и в ЕС, лишение России роли первой скрипки в Средней Азии и появление нефтепровода, идущего мимо нее, – и одновременно стратегическое партнерство с Россией. В реальном мире нужно знать, что с чем согласуется и на что тратить силы и нервы.
Россия принимает у себя саммит "большой восьмерки". Путин, будучи председателем на нем, продемонстрирует всему миру, что с постсоветской Россией следует считаться. Россия, благодаря большой территории и географическому положению, и будучи поставщиком природного газа и нефти во многие страны, экспортером вооружений и строителем атомных электростанций, возвращается на международную арену в качестве мировой державы. Для этого у страны, расположенной в одиннадцати часовых поясах, есть выбор: например, Китай и Шанхайская организация сотрудничества, Иран или часть арабского мира, не в последнюю очередь – Сирия, где до совершенства доводится оставшееся с советских времен военное сотрудничество и куда поставляются ракеты. Европейцы и американцы стоят перед выбором, имеющим всемирно-историческое значение: трудное партнерство с Россией или еще более серьезная конфронтация. Какой должна быть комбинация – мнения американцев и европейцев по этому вопросу расходятся.
Когда в конце семидесятых годов при канцлере Шмидте и президенте Жискаре Д'Эстене были придуманы саммиты "семерки", они проходили в пуританской обстановке, были закрытыми и ориентировались на результат. Со временем они превратились в ярмарку тщеславия. На этот раз на встречу семи крупных промышленно-развитых демократических государств и России приглашены также президент Еврокомиссии, главы Китая, Индии, Бразилии и Южной Африки.
В повестке дня – ее определение является привилегией хозяина встречи – на первом месте стоит сила России: энергетическая безопасность а-ля рюсс. Далее следуют вопросы здравоохранения, образования и распространения – точнее, недопущения – оружия массового уничтожения. Было бы преувеличением говорить, что повестка дня саммита "большой восьмерки" обширна и перегружена, что она не оставляет времени для обсуждения главного и что состав участников благоприятствует принятию решений. Предстоит "тусовка", другими словами – вечеринка. Будут много говорить об успешных процессах, меньше – о практических делах и результатах.
Опасность того, что США и ЕС пойдут в разных направлениях, велика и, наверное, неизбежна. Это, в свою очередь, должно усилить раскол и состояние оцепенения в Европе. Американцы вновь разыгрывают в Средней Азии "Большую игру", такую же, какой в свое время была "Большая игра" между Британской империей и царской Россией. И ведут они эту игру с помощью сил специального назначения, нефтепроводов, размещения своих военных баз, экспорта демократии и предостережений относительно необходимости соблюдения прав человека.
Европейцы, обеспокоенные расширением НАТО вплоть до границ России, задаются вопросом, с чем они в данном случае связываются, почему НАТО и ЕС должны расширяться, и сколько еще можно дразнить русского медведя. Поскольку США – мировая держава и в случае необходимости она может обойтись без благосклонности со стороны России. Для европейцев же Россия – неизбежный сосед, и они нуждаются в надежных поставках нефти и газа, в партнере в борьбе с эпидемиями и преступностью.
Опыт говорит о том, что Россия – страна, способная повернуть ключ в сторону конфронтации или сотрудничества. Между Европой и Америкой лежит океан, а между Европой и Россией – несколько воображаемых линий. У Германии нет соответствующей политики в отношении России, способной выдержать кризис, нет ее и в ЕС. Есть лишь фрагменты. Но Россия в обозримом времени не собирается вступать в союз с ЕС и с Западом. Бесстрастные методы политической педагогики, применяемые к таким аспирантам, как Турция, для России не подходят. Старый медведь не станет танцевать под европейскую дудочку, не будет он этого делать и под американскую.