О чем молчит Абрамович

Взяв под контроль футбольный клуб "Челси", Роман Абрамович сменил хот-доги, подаваемые в перерыве между таймами, на суши стоимостью 4 тыс. фунтов. А что еще ему было делать? Русские эмигранты, набивающиеся в директорскую ложу, обожали это блюдо. Они мечтали о "Джусто", московском храме суши за Большим театром, где заключаются крупные сделки. Хотя Роман почти ничего не знает о футболе, он понимает, насколько важно радовать нужных людей.
Этот талант, – отчасти интуитивный, но над которым много работали, – жизненно необходим для создания его огромного состояния. На прошлой неделе состояние Абрамовича оценили в 10,8 млрд фунтов – на 3 млрд фунтов больше, чем в прошлом году, и это означает, что оно увеличивалось на 8,5 млн фунтов в день. Только индийский стальной магнат Лакшми Миттал с состоянием в 13,2 млрд фунтов опережает его в новом списке сверхбогатых людей Британии.
Но разница между этими двумя людьми не сводится к 2,4 млрд фунтов. Из Лакшми, которого часто называют "закрытым", иногда удается вытянуть яркую цитату. "Отрасль и дальше будет цикличной, но изменчивость цен будет уменьшена, и консолидация будет способствовать уменьшению их изменчивости, увеличивая жизнеспособность отрасли", – заявил он в этом году.
Роман, в отличие от него, не говорит ничего. Ни о бизнесе, ни о политике, ни даже о футболе. Помимо того, что он женат на Ирине, женщине, чья внешность способна растопить сибирские льды, и имеет пятерых детей, о его личной жизни, его настоящих корнях, мотивах и предпочтениях почти ничего не известно. Его странные, блуждающие глаза не выдают ничего. Спустя почти четыре года после приобретения "Челси" за 140 млн фунтов, 40-летний бывший продавец резиновых утят стал скорее не публичной фигурой, а абсолютно современной британской тайной.
Зачем он здесь? Три года назад, когда он приобрел "Челси", казалось разумным предположить, что он, как часто бывает с богатыми иностранцами, надеется купить себе известность в стране, где его не знают. Однако он с презрением отвергает общественное признание, которое обеспечивает ему футбол, редко появляется на публике, перемещается в плотном кольце охраны и ограничивает свою социальную жизнь узким кругом богатых русских, как и он, живущих в Лондоне.
Даже дозе радиоактивного яда, похоже, не удалось развязать ему язык. После странного убийства в ноябре бывшего советского агента Александра Литвиненко половина русских в Лондоне выстроилась в очередь, чтобы заявить о полезности своего присутствия. В их глазах смерть Литвиненко является досадным отклонением от нормы. Он встретился не с теми людьми не в том суши-баре, но нам не следует забывать, как много денег они привезли в страну.
Роман не сказал ничего, хотя сейчас, по-видимому, избегает супа мисо и булочек текка-маки. На прошлой неделе его видели за ланчем в Luciano's, гарантированно не зараженном полонием-210 итальянском ресторане в Сент-Джеймс, одним из владельцев которого является Марко Пьер Уайт. Телохранитель, словно высеченный из камня, бдительно наблюдал за происходящим из бара, пока он обедал, а когда трапеза была закончена, Марко лично проводил его к выходу.
Нельзя упрекать его за осторожность. Только деньги, молчание и уклонение от конфликтов могут обеспечить такую защиту. Хотя Абрамович щедр в своей финансовой поддержке российского поклонника Петра Великого, президента Владимира Путина, настроения в Кремле яростно направлены против олигархов, и полагают, что Путин усиленно ищет возможность заставить повиноваться самых богатых из них. "История учит нас, что правители рано или поздно начинают тяготиться присутствием тех, кто им помогал, – говорит Евгений Киселев, главный редактор газеты "Московские новости". – Путин давит олигархов одного за другим, и по этой логике следующим должен стать Абрамович".
Хотя в Британии колоссальная покупательная способность Романа вызывает благоговейный трепет и даже некоторое восхищение, в России она пробуждает настоящую ярость. Глаза его недовольным согражданам мозолят дом стоимостью 28 млн фунтов в Белгравии, поместье площадью 400 акров и стоимостью 18 млн фунтов в Западном Суссексе, вилла стоимостью 10 млн фунтов в Сен-Тропе, три суперъяхты общей стоимостью более 200 млн фунтов, два самолета – Boeing 737 и Boeing 767 и когда-то боровшийся за выживание футбольный клуб в Западном Лондоне, в который Абрамович, по оценкам, вложил 500 млн фунтов.
Значительная часть его состояния была приобретена в дни дикого капитализма, которые последовали за распадом СССР. Группа умных и безжалостных бизнесменов расхватала недооцененные активы страны – нефть, газ, землю, транспорт, – а когда стала понятна истинная стоимость их владений, оказалось, что они с трудом управляются со своими огромными личными богатствами.
Последующая война Путина с олигархами невероятно популярна и фактически играет на мнении, что деньги морально, если не юридически, принадлежат стране и хотя бы тратить их следует дома. Оценка ежедневного роста состояния Абрамовича в 5 тыс. раз больше того, что средний россиянин зарабатывает в год.
Не то чтобы у Романа была легкая жизнь. Он родился в Саратове, унылом городе на Волге, в южной России. Его мать умерла, когда ему было 18 месяцев, а когда ему было четыре года, его отец, строитель, погиб в результате аварии на стройке. Осиротевшего мальчика забрали родители матери, и он рос в неприветливом северном крае Коми, недалеко от Полярного круга. После армии он уехал в Москву, учился в Государственной юридической академии, а после ее окончания получил работу в "Сибнефти", пятой по величине российской нефтяной компании. Примерно в это время он женился на Ольге, своей юношеской любви, с которой они расстались в конце 1980-х годов.
Из книги Алексея Мухина "Олигархи России" – что-то вроде "кто есть кто?" в постсоветском грабительском капитализме – явствует, что Абрамович сделал первые шаги в частном предпринимательстве, продавая шины и игрушки для купания, но главный приз он сорвал лишь после знакомства с бывшим профессором математики МГУ Борисом Березовским. Березовский купил половину "Сибнефти" за какие-то 67 млн фунтов. Роману, который тесно сотрудничал с ним в этой сделке, отрезали кусок. Позже он взял компанию под полный контроль, а в этом году продал ее обратно российскому государству за 7,5 млрд фунтов.
Так наживали состояния. И врагов. Продажа "Сибнефти", по существу, знаменовала собой разрыв деловых связей Абрамовича с родиной. Он все глубже пускает корни в Британии, но маловероятно, что Кремль выпустит его из виду и необходимость ублаготворять Путина исчезнет.
Но несмотря на все президентские обиды, Абрамович, чуть ли не единственный среди видных олигархов, по-прежнему процветает и находится на свободе. Березовский после нескольких арестов был вынужден бежать в Лондон, где ему предоставили политическое убежище (с Романом они уже поссорились), а Михаил Ходорковский, когда-то считавшийся королем олигархов, сидит в тюрьме, неблагоразумно вступив в альянс с политическими противниками Путина.
Полагают, что деньги Абрамовича хранятся главным образом в наличных вкладах, и они могут понадобиться ему раньше, чем он думает, так как ходят слухи, что не все ладно в его браке. В этом году у него была романтическая связь с 24-летней Дашей Жуковой, сексапильной дочерью богатого эмигранта Александра Жукова. Это дело может дорого обойтись. У плохо выбритого миллиардера не было ни гроша за душой, когда он встретил Ирину, работавшую тогда стюардессой "Аэрофлота", и развод вполне может стоить ему половины всего состояния.
Есть и другие поводы для беспокойства. Так же, как Роман прозябает на втором месте в списке богачей, команда "Челси", на которую он потратил миллионы, занимает второе место в премьер-лиге. Это ситуации, которыми он охотно займется. Хотя, при любых обстоятельствах, не публично.