Александр Хуршудов: Нефть дорожает на сомнительных данных американской статистики

Чуть больше месяца продлилась коррекция на нефтяном рынке. В прошедший вторник котировки Brent резво рванули вверх, преодолев $76 за баррель и уже на следующий день сломали среднесрочный даунтренд (рис. 1). Закрытие недели прошло на $79,12.

 Рис. 1

Формальной причиной разворота стало сокращение коммерческих запасов сырой нефти в США на 9,9 млн барр., о нем сообщил сначала Американский нефтяной институт, а затем и Агентство энергетической информации EIA.

Казалось бы, что тут страшного? Давно известно, что летом запасы нефти снижаются (растет потребность в нефтепродуктах), а зимой, когда заводы останавливают на ремонт и профилактику, они снова подрастают. Такие колебания происходят ежегодно с амплитудой 40-50 млн барр. Однако сейчас коммерческих запасов стало на 93 млн барр. меньше, чем год назад. Цена нефти Light за тот же период выросла в 1,6 раза (с $43 до $70), добыча увеличилась на 17,8%, а запасы почему-то снизились.

Нужно понимать, что цифры EIA, строго говоря, статистикой не являются, это результаты расчетов принятых моделей по доступным данным, их погрешность достигает 3-4%. При сопоставлении их возникает немало вопросов, на которые не просто найти ответ. Но мы попробуем.  

Может быть, нефтяные трейдеры и компании ожидают снижения цен и поэтому сокращают свои запасы? Да, на крупнейшем нефтяном терминале Кушинг за год они упали на 30 млн барр., до трехлетних минимумов. Свои заначки распродают и добывающие компании, например, в Северной Дакоте только за апрель (более поздних данных пока нет) они продали нефти на 2 млн барр. больше, чем добыли. Но тогда возникает следующий вопрос: почему они не добывают больше?

Последние надежные данные добычи за март и апрель дают одинаковую величину 10,47 млн барр./сут. Оперативные данные за последние три недели тоже дают одинаковую величину 10,900 млн барр./сут (в скобках замечу, что вероятность такого совпадения цифр составляет 0,000001). Летом добыча сокращается по ряду причин, в числе которых миллионные потери от испарения. Но почему не бурить больше скважин? Посмотрим динамику изменения числа активных буровых станков (рис. 2).

Рис. 2

Она почти не меняется. Даже на месторождении Permian Basin в конце мая рост бурения прекратился. Любопытно, что отдача из его скважин в 2,5 раза ниже, а число работающих буровых бригад - в 6,5-9 раз выше, чем на двух других плеях. Для сопоставления этих данных представил я их в таблице:

Беглый взгляд на таблицу выявляет следующее:

• В 2016 г. доказанные запасы Permian Basin увеличены в 6,3 раза, явно путем перерасчета,
• Текущие доказанные запасы на трех плеях близки по величине и оцениваются EIA в 4-5 млрд барр.,
• При нынешних темпах отборов этих запасов должно хватить на 9,5-14 лет, что замечательно-прекрасно и позволяет еще долго трубить о победе сланцевой революции.

Остается ответить на последний, но очень каверзный вопрос: почему при одинаковых запасах трех месторождений половина американских буровиков толпится и наступает друг другу на пятки в бассейне Permian, где скважины глубже, дороже и намного менее продуктивны?

Можно перебрать десяток возможных ответов (например, что в пермском бассейне работают отличники с неограниченным кредитом, а на других - неудачники и банкроты), но самым вероятным мне представляется такой: нет на Bakken и Eagle Ford заявленных запасов. Основные площади там уже разбурены, сейчас компании выискивают небольшие нетронутые участки (целики). А главные силы брошены на последнее свежее месторождение Permian, его та же судьба ожидает в недалеком будущем. 

Биржа, конечно, в такие детали не вникает, но в достоверности американской статистики уже сильно сомневается и поэтому в рост сланцевой добычи верит слабо. К тому же долгосрочный тренд на недельных графиках остается растущим (рис. 3).

Рис. 3

В июле Brent может достигнуть $83 и даже $85, но к сентябрю я опять ожидаю снижения. Нефтяной рынок – это борьба разных сил: вот уже американский президент побуждает ОПЕК нарастить добычу, уже и решение такое принято, а вот как оно будет выполняться – поглядим. Резервы производительности имеют Саудовская Аравия, Россия, Кувейт, ОАЭ, Оман и Алжир. Кувейт, например, 1,5 года назад уменьшил добычу на 7%, а сейчас обещает прибавить лишь 3%.