Рост цен в Китае, США и России превысил многолетние максимумы

Инфляция в США по итогам мая оказалась максимальной за 13 лет — последний раз такие показатели демонстрировались непосредственно перед финансовым кризисом 2008 года. Однако американская экономика является не единственной, где рост цен разогнался до заоблачных высот. Тревожная информация приходит из Китая и европейских стран, да и в России цены приблизились к 6-процентной отметке, что намного выше и средних показателей за последние годы, и таргета Банка России. При этом финансовые власти большинства стран (и, что характерно, фондовый рынок) особой проблемы в инфляции не видят, считая ее временным явлением. Однако в нашем случае вполне может оказаться верной поговорка о том, что нет ничего постояннее временного. По крайней мере, есть признаки, на это указывающие. Подробности — в материале «Известий».

По данным министерства труда США, инфляция в мае 2021 года составила 5% в годовом исчислении. По американским меркам, это очень много. В последние годы обычной была ситуация, когда потребительские цены не дотягивали и до 1%, а порой фиксировалась и дефляция. Экономисты и политики размышляли о том, что бы еще придумать, чтобы разогнать инфляцию до уровней 2000-х годов — 2–3%, что считается комфортным показателем для экономики. Но до начала коронавирусной пандемии это получалось только за пределами «развитого мира».

Последний раз рост потребительских цен в 5% фиксировался накануне острой фазы кредитного кризиса, в августе 2008 года. Тогда американская экономика вообще была перегрета, а помимо всего прочего, добавился рекордный рост цен на нефть («черное золото» в июле 2008 года достигло фантастической ныне отметки в $148 за баррель).

Еще более интересна другая цифра. «Базовая» инфляция, из которой исключены цены на горючее и продовольствие как слишком волатильные, подскочила сразу на 3,8%. Особенно сильно подорожали автомобили, мебель и бытовая техника. Рост «базовых» потребительских цен стал максимальным с июня 1992 года.

На днях не менее впечатляющие цифры пришли из Китая. Цены производителей (т.е. продукции, выходящей с заводов, но еще не дошедшей до потребителей) выросли на 9%. Стоит отметить, что в апреле рост был немногим меньше — 6,8%. На данный момент индекс потребительских цен в КНР остается довольно низким: ритейлерам есть куда отступать и снижать издержки, но рано или поздно фабричные цены доберутся и до магазинов. А учитывая, что Китай остается главным производителем товаров народного потребления в мире, инфляционная волна в разной степени доберется до всех уголков Земли в течение нескольких месяцев.

До России, впрочем, уже добралась. В годовом выражении она составила (на 7 июня) 6,15%, что даже выше, чем 6% по итогам мая. Эти цифры превосходят прогнозы ЦБ, притом что регулятор обычно предпочитает перебдеть в части оценок инфляции. Такой быстрый рост цен в стране не фиксировался уже пять лет. Причем в этот раз их невозможно объяснить ослаблением курса рубля, так как оно было отыграно внутренним рынком еще в прошлом году и в первые месяцы нынешнего.

В международном масштабе продолжает поражать скорость роста цен на продовольственном рынке. По итогам мая, по данным Продовольственной и сельскохозяйственной организации ООН (ФАО), цены на продукты питания поднялись на 40%, что является самым большим показателем за десятилетие. Подорожание продовольственного сырья оказалось столь сильным, что заметно повлияло даже на конечные цены на продукцию, выпускаемую продовольственными гигантами вроде Nestle, у которой вес цен на закупаемое сырье сравнительно невелик. В нынешней ситуации компании не нашли способа компенсировать издержки на производственном уровне.

Сейчас дорожает практически всё: от еды и топлива до высокотехнологичных товаров, и это нельзя объяснить какой-то одной причиной. Основные факторы перечислялись неоднократно: это и подорожание нефти, и неурожаи в отдельных регионах, и логистические проблемы, связанные с нехваткой контейнеров, и приостановленные из-за пандемии производственные мощности, и, наконец, сверхмягкая монетарная и фискальная политика во многих государствах мира, среди которых выделяются США (как своим колоссальным весом и, соответственно, влиянием на международные экономические процессы, так и масштабами антикризисных программ).

Таким образом, центральные банки и правительства могут если и не остановить инфляцию, то как минимум серьезно ее притормозить. Однако никакой реакции от них по большей части нет. ФРС США намерена держать базовую ставку на нулевых уровнях примерно до 2023 года. В прошлом система начинала реагировать, когда инфляция достигала 2%. Сейчас, как заявил зампред ФРС Ричард Кларида, нужно еще одно условие: чтобы занятость достигла своего максимального уровня. А до этого пока еще далеко. Кроме того, раньше действия ФРС базировались на прогнозах, сейчас — на конкретных результатах, то есть какие-то меры по ужесточению финансовой политики будут производиться только постфактум.

То же самое можно сказать и об администрации США. Ожидается, что в этом году дефицит бюджета составит около 17%, в следующем — в районе 8%. Обе цифры могут быть пересмотрены в сторону увеличения. Отметим, что американская экономика в принципе восстановилась после кризиса и может превысить «доковидный» уровень уже в этом году. Но агрессивное стимулирование это факт пока не останавливает.

Народный банк Китая, хотя и выразил свою озабоченность по поводу инфляции, также ничего менять не собирается — регуляторов Поднебесной куда больше заботят другие вещи, как то недостаточный уровень потребительских расходов. При этом, если в Америке кризис уже закончился, то в Китае его толком и не было. По итогам 2020 года ВВП остался в положительной зоне, а в 2021 году ожидается на уровне 8–9% — прямо как в «нулевые».

Экономисты объясняют такое равнодушие к росту цен тем, что нынешняя инфляция является временной и связана с быстрым восстановлением после глубокого кризиса. Всплеск вызван потребителями, которые, находясь долгое время в самоизоляции, ограничивали расходы, а теперь наконец понесли деньги в магазины. В частности, позицию о скором окончании роста цен занимает руководство Goldman Sachs.

Но эта позиция имеет свои слабости. Главная ее проблема — в стремительном и планомерном росте цен на сырье, которое продолжается уже больше года, причем дорожает всё: энергоносители, металлы, древесина и растительная продукция. Начало сырьевого «суперцикла» довольно неплохо объяснялось многими аналитиками и экспертами. «Зеленый курс», начатый правительствами сразу нескольких крупнейших экономик мира, потребует колоссальных вложений в создание новой инфраструктуры и производственных мощностей, что потребует миллиардов тонн самых разнообразных металлов. При этом цена на нефть и газ едва ли упадет сразу, поскольку переход на новые источники займет как минимум несколько лет и спрос на углеводороды в этот период будет только расти.

Кроме того, относительно низкий спрос на сырье в предыдущее десятилетие вызвал падение инвестиций. Следовательно, для удовлетворения резко выросших потребностей экономики понадобится несколько лет, пока средства не будут вложены, а мощности — построены, и предложение и спрос не сбалансируют друг друга. Всё это время цены наверняка будут расти. Что касается несырьевого сектора, то здесь есть своя проблема — дефицит микропроцессоров, который также будет сохраняться на протяжении нескольких лет.

Таким образом, опасения возвращения 1970-х годов — периода продолжительного роста цен в глобальном масштабе — не являются взятыми из воздуха. По выражению аналитиков Deutsche Bank, инфляция может стать «бомбой замедленного действия», подложенной под мировую экономику.