Павел Зарецкий: Буровая - это завод, а буровой мастер на ней - хозяин

Нижневартовск. Роль профессии очень важна в жизни каждого человека. Она не просто определяет род его занятий, а формирует характер, закаляет волю. Ветеран-нефтяник и член Фонда Муравленко Павел Петрович Зарецкий знает это не понаслышке.

Буровик-первопроходец, отдавший профессии более 30 лет, рассказал Агентству нефтегазовой информации о том, как закалялась сталь характера первооткрывателей Западно-Сибирской нефти.

По зову сердца

Павел Петрович родился 17 августа 1946 года в семье рабочих в городе Первоуральске Свердловской области. Казалось, бы, путь предопределен: родной Урал, престижный политех... Но судьба распорядилась иначе.

«Как и все мои сверстники, я решил поступать в Уральский политехнический институт города Екатеринбурга. Сдал экзамены, подал документы, прошел приемные испытания. И тут мы с товарищем увидели объявление, что в связи с открытием месторождений Западной Сибири в Тюмени впервые за Уралом открывается нефтяной вуз - Тюменский индустриальный институт. Повеяло романтикой! Забрали документы и отправились в Тюмень», - рассказывает наш герой.

Выбор будущей профессии дался нелегко, но после долгих раздумий Павел Зарецкий остановился на специальности буровика.

«Считаю, что это работа для настоящих мужчин - она ко многому обязывает, воспитывает, учит. Многие буровики становятся отличными руководителями - знаю немало примеров, а обратных примеров не знаю», - делится он.

Учеба в новом институте с самого начала была неразрывно связана с практикой. Студенты-первопроходцы не просто штудировали теорию, а с первых дней отправлялись «в поля». За время учебной практики Павлу Петровичу посчастливилось работать в буровых бригадах у таких легендарных мастеров как Нажмиден Жумажанов, Николай Мелик-Карамов. Он также участвовал в бурении первых разведочных скважин на Мегионском, Самотлорском, Усть-Балыкском и Федоровском месторождениях. Дважды наш герой трудился в бригадах Григория Норкина и Семена Малыгина.

«Особенно памятным для меня было бурение шестой разведочной скважины на Самотлорском месторождении. Первая скважина была пробурена бригадой Григория Норкина в мае 1965 года. Но после бурения шестой разведочной скважины оказалось, что Самотлор - единое гигантское уникальное месторождение нефти», - вспоминает ветеран-нефтяник.

Годы практики стали для него временем становления и знакомства с ведущими специалистами отрасли, такими как начальник Главтюменьгеологии Юрий Эрвье.

«Тогда академик Иван Нестеров говорил Юрию Георгиевичу: «Давайте первые скважины на новых месторождениях называть под номером 6». Потому что первая нефть на Шаимском месторождении была получена со второй скважины под номером 6, а первая скважина оказалась пустой. Так же случилось и на Самотлоре», - увлеченно делится Павел Петрович.

УБР-1 - Кузница кадров

Выпуск Павла Зарецкого стал первым для ТИИ. Виктор Муравленко, возглавлявший тогда Главтюменнефтегаз, сделал ставку на местные кадры, и весь курс из 600 человек отправили на буровые промыслы-стройки Западной Сибири. В 1969 году семерых выпускников, включая Павла, направили в Мегионскую контору разведочного бурения (позже Нижневартовское УБР-1).

Здесь, под руководством опытных наставников, Павел Петрович освоил сложнейшую профессию буровика.

«Эта служба многому обязывает, воспитывает, учит. И когда меня спрашивают: «Куда сына учиться отдавать?» - я говорю: «Отдайте на буровика». Не знаю, каким специалистом он выйдет, но мужчиной настоящим он точно станет. Я личный пример по нашему выпуску провожу - 34 человека, и не помню, чтобы «разводы» были. Один раз и навсегда женились, - говорит он. - Кому довелось работать буровым мастером, это вообще дорогого стоит. Буровая - это завод, а буровой мастер на ней - хозяин», - рассказывает герой.

Освоение Западной Сибири в 1970-х стало настоящим вызовом. Бытовая неустроенность, тяжелый физический труд… В зимние месяцы температура нередко опускалась ниже -50°C. Солярка стыла в баках, парализуя работу. Летом непроходимые болота засасывали технику. Однако эти и многие другие трудности не сломили дух мужественных буровиков.

«Сейчас приезжаешь на буровую - там есть разделение труда, супервайзеры, помощники, вагончики, сушилки, столовые… Все условия созданы. А тогда у бурового мастера ничего такого не было. И дорог не было. У нас как в России говорят: «Вначале месторождение разработают, а потом дороги построят». Так и было, - делится Павел Зарецкий. -  Ездили по лужам и редким дорогам. Техника тонула. С собой брали авоськи, китайские термоски, которые по дороге часто проливали. Я вспоминаю, как в начале 70-х отдел кадров нашего предприятия вел учет температуры воздуха. Было порядка 40 дней с температурой ниже минус 40 градусов, а люди работали, техника работала, буровую не остановить».

«Самотлор – школа жизни»

На глазах Павла Петровича и его товарищей Нижневартовск, где располагался УБР-1, преображался из болотистого поселка в столицу Самотлора. Годы освоения территории были сопряжены с серьезными трудностями.

«Раньше Нижневартовск представлял собой балки, бараки, частный сектор - без сапог не пройти... Для старожилов навсегда в памяти вкус сухой картошки и сухого молока. На слуху у нас были такие понятия, как «песчаные бури», «китайская стена», «водовода», «пищевка - труба», «пьяная дорога» - дорога из Старого в Новый Вартовск, по которой можно было пройти только вдвоем, обнявшись. Другого пути не было», - вспоминает буровик-первопроходец.

Особую радость приносило появление первых признаков цивилизации: капитальных дорог, домов, кинотеатра «Мир», нового аэропорта. Павел Петрович с теплотой вспоминает первое вещание местного Нижневартовского телевидения - впервые в Западной Сибири.

«Это случилось после того, как начальник УБР-1 Валентин Иванович Хлюпин переоборудовал буровую вышку под телевизионную антенну, за что и получил строгий выговор от руководства», - рассказывает он.

Жизнь кипела и на промысле. Здесь царил дух здорового соперничества между бригадами и управлениями.

«Пристально и ревностно мы следили друг за другом. Ежедневно ждали сводки с буровых работ - кто же сегодня впереди? Радовались трудовым победам...», - с гордостью вспоминает Павел Петрович.

Но главное было не в рекордах. Коллектив был семьей: выезды на природу, митинги, празднования побед... По сей день ветераны легендарной кузницы кадров УБР-1 продолжают встречаться, вспоминая молодость и трудовые подвиги.

«Более 30 лет я посвятил Нижневартовскому УБР-1 и Самотлору. Начальник Главтюменнефтегаза Валерий Исаакович Грайфер говорил: «Самотлор - это школа жизни». Я прожил насыщенную, полноценную жизнь и был особенно счастлив, что мне довелось работать на Самотлоре рядовым инженером, - говорит Павел Зарецкий. - Сегодня меняются времена и порядки, но память о ветеранах, первопроходцах и первооткрывателях тюменских месторождений должна жить».

Фото: Фонд Муравленко