Что будет с долларом и с российской экономикой?

Накопленных в России резервов не хватит для того, чтобы расплатиться по долгам всех корпораций. И если наш Минфин продолжит раздавать деньги налогоплательщиков прогорающим олигархам, то скоро это ударит уже по всем гражданам страны. Сейчас нашему правительству следует принять жесткое решение и отделить интересы государства от интересов бизнеса. К такому выводу пришли участники Экономического клуба "Известий". Сегодня мы публикуем первую часть беседы участников клуба, речь в которой шла о продолжительности кризиса и перспективах российской валюты.
Алексей Голубович: В Россию кризис пришел позже, чем в Америку, но и выходить из него мы будем позже. Обычно во время прошлых кризисов последний квартал рецессии в США примерно совпадал с самыми низкими ценами на сырье в мире. Уже сейчас наши металлурги, угольщики работают в убыток. Нефтяники пока еще с прибылью. Но в Америке рецессия явно не закончится ни в первом квартале, ни во втором. Допустим, она закончится в последнем квартале следующего года, будет минимум цен на сырье. После этого и мы пойдем вверх. Но ведь мы уже сейчас стонем при 40 долларах за баррель нефти...
Когда в 1990-х цены упали до 10 долларов за баррель, себестоимость у арабов составляла 2-3 доллара. В России, на лучших месторождениях, - 4 доллара. Плюс цена транспортировки, получаем 10. С тех пор, естественно, все подорожало. Предположим, минимальная цена - 20 долларов за баррель. Этот уровень выдержат в Саудовской Аравии и Кувейте.
Алексей Голубович: У крупнейших российских компаний при этом стоимость добычи может быть покрыта выручкой, но на налоги и пошлины денег не останется. Разорятся норвежские, канадские, нигерийские производители и все, кто добывает нефть на шельфе. Развалятся такие экономики, как венесуэльская. Арабов, кстати, это устроит, потому что они смогут расширить свою сферу влияния. И ОПЕК не поможет, никто не будет сокращать добычу по доброй воле.
После прошлого кризиса мы перестали падать во втором квартале 1999 года. А существенно лучше стало к концу 1999-го. Я думаю, сейчас ситуация повторится, хотя кризис будет тяжелее.
Почему говорят, что пик кризиса будет весной?
Алексей Голубович: Во втором квартале российским компаниям придется выплатить особенно много денег в рамках погашения внешних долгов. Просто непонятно, где они деньги возьмут. Пока у Кудрина есть, он будет перебрасывать компаниям, а они будут отдавать кредиторам. Бизнесмены еще раз придут с протянутой рукой в правительство. Они даже не уйдут оттуда, жить там будут...
Игорь Панарин: И в Америке март-апрель станут точкой окончательного понимания того, что кризис стал системным. А Россия, к сожалению, оказалась главной жертвой этого финансового кризиса. И нам для того, чтобы выйти из этой ситуации, необходимо как можно быстрее отвязываться от доллара. Надо, чтобы рубль укреплялся, стал региональной евразийской валютой. Но это зависит от изменения финансово-экономической политики правительства, которое пока спасает доллар. С моей точки зрения, эта политика наносит ущерб нашей национальной безопасности.
Что будет с долларом...
Игорь Панарин: В такой ситуации для американцев велик соблазн использовать схему "кинуть всех", отказаться от доллара, но в момент, который для них выгоден, перейти на новую валюту амеро. Я вообще считаю, что крах доллара в 2009 году неизбежен, но американцы пытаются его сделать управляемым. А евро будет укрепляться.
Владислав Иноземцев: Доллар как мировая валюта находится, безусловно, на спаде своего влияния. Этот спад начался в 70-е годы, но я не уверен, что в ближайшие 10-15 лет доллар уйдет с мировой сцены как серьезная валюта. Он будет по-прежнему одной из двух. Ни рубля, ни юаня на мировой сцене я не вижу. Просто потому, что ответственности от мировой валюты больше, чем выгоды. Китайцы давно могли бы сделать юань конвертируемым и стать третьим валютным центром, но упорно отказываются от этого. Они более умны, чем наши руководители, которые так рвутся на мировую арену с рублем. Ведь для чего валюта должна иметь мировой статус? Чтобы страна, как, например, Америка, могла бесконтрольно покупать и занимать на мировых рынках столько товаров и денег, сколько ей нужно. Кризис в Америке - результат такой политики. Мы хотим того же самого? Мы хотим сделать рубль мировой валютой и через 30 лет так же загнуться? Американцы оторвались от реальности. Для чего мы хотим подсесть на ту же иглу - для меня большая загадка.
Если доллар в мире будет проваливаться, это станет огромной проблемой для всех. Никто не заинтересован в банкротстве собственного должника. У китайцев резервы в долларах. Все его будут спасать. Я думаю, что ему дадут спокойно утонуть до уровня около двух долларов за евро или около того. Естественно, займы в нем будут уменьшаться, просто потому, что американцы при таком объеме долга не смогут предлагать высоких ставок. Евро будет усиливаться. Пока третьего конкурента нет.
Что касается российского рубля - это абсолютно непрогнозируемый вопрос. В отличие от Америки и Европы, где действительно существуют независимые центральные банки, в России рубль регулируется исключительно решениями правительства Российской Федерации. Поэтому говорить о том, что рубль объективно падает и мы не можем этому противостоять, - это самооправдание безо всяких оснований. Мы можем противостоять, если захотим. Но я думаю, что мы этого не захотим, к сожалению, и курс будет идти вниз - до 35, может быть, 40 - к концу следующего года. Просто потому, что сейчас мы осознанно уничтожаем валютные резервы и спасаем олигархов.
...и с российской экономикой?
Владислав Иноземцев: Для России ситуация будет тяжелой. И выходы из нее должны быть экстраординарными. Их два - контролируемый и хаотичный. Выход контролируемый заключается в жестком госрегулировании. Я человек либеральный, но в данном случае одно другому не противоречит: нужно четкое разграничение государственных финансов и финансовых обязательств господ абрамовичей и дерипасок. Если этого не сделать, то второй выход для нас - неконтролируемый. Когда резервы закончатся, произойдет полный обвал, рубль девальвируется, куча компаний разорится, и следствием этого будет, конечно, глубокий спад. И катастрофическое общественное недовольство после многих лет процветания. Ведь существует уже целое молодое поколение, которое не видело кризиса, а только помнит его по рассказам старших братьев, мам и пап. Масштаб недовольства и разочарования этого контингента будет очень велик, и политическая ситуация, конечно, обострится.
Если идти по "контролируемому" пути, то возможен такой рецепт: кто-то из наших руководителей выходит и заявляет: уважаемые господа западные кредиторы, вы считаете, что наши предприниматели вам должны. Но это - предприниматели, а не Российская Федерация. Да, в 1998 году государство не могло расплатиться по кредитам, но сейчас оно в шоколаде. Оно не имеет долгов, у него огромные резервы. Проблема - в российских компаниях. Но по их обязательствам государство не несет ответственности и не должно нести.
Представим себе, что у г-на Дерипаски иностранный банк, которому он должен, забирает 25% "Норильского никеля". И что? В чем проблема? В 1998 году мы были счастливы, что продали Соросу 25% "Связьинвеста", который потом подешевел в 4 раза. А что сейчас изменилось? Пусть иностранцы войдут в совет директоров "Норникеля". Кому станет хуже? Речь же не идет о контрольном пакете.
Самый простой вариант сегодня - сказать нашим промышленникам и предпринимателям: господа, это ваши долги. У вас заложены акции? Западники могут их забирать. У нас получится мощный приток инвестиций в российскую экономику. Причем западные кредиторы получат активы, которые сейчас не стоят того, что они за них заплатили. Пусть приходят в советы директоров хоть "Роснефти", хоть мебельных фабрик, им придется поднимать наши компании, чтобы собственные деньги отбить. Я не понимаю, чего мы боимся.
Но если уж так не хочется отдавать акции, есть еще более простой выход. Сейчас много говорят о том, что капитал уходит из страны. Возникает вопрос: какой капитал уходит? Те, кто играл на фондовом рынке, давно уже ушли. "Данон" и "Пепсико", которые здесь построили заводы, ничего не выводят, они работают. А уходит только то, что кому-то дает правительство. Надо перестать давать. Возникнет череда дефолтов по корпоративным долгам. И тогда эти обязательства будут стоить копейки. 10-20% от номинала. Вот когда можно будет их выкупить.
Если и этого не хочется платить, то тогда президент или премьер-министр России говорит: уважаемые западные инвесторы, Российская Федерация - самый надежный заемщик в мире. Поэтому мы готовы пойти вам навстречу и этих идиотов, которые вам должны, перекредитовать российскими облигациями с погашением в 2025 году. Никакого оттока капитала, рубль можно поддерживать и дальше. В чем проблема? По такому пути в свое время пошла Малайзия, и потом большинство экономистов признали его эффективным.
Алексей Голубович: Сейчас это сложно будет сделать потому, что в 1999 году наши олигархи имели за рубежом активов на доли процента от того, что у них было в России. А сейчас их загрансобственность сопоставима с тем, что у них есть в России. И они больше всего боятся, что после дефолта там наложат арест на их собственность. Арестуют их дворцы, заводики, клубы футбольные - у кого чего есть. А так гораздо проще: Кудрин дал деньги налогоплательщиков Внешэкономбанку, тот раздал, и все хорошо. Вот это и мешает нам реализовать такую разумную схему, наказав, как говорил Геращенко, самых жадных и погасив кредиты без ущерба для налогоплательщика. Но это, к сожалению, маловероятно. Хотя надо понимать, что резервов на всех просто не хватит, потому что сумма корпоративных долгов уже превышает сумму наших резервов.
Владислав Иноземцев: При этом под флагом погашения долгов масса денег "зависает", не попадая в реальный сектор. Банки покупают доллары, ожидая девальвации, и сидят на них, а резервы уходят. Государство должно прекратить отвечать по долгам корпораций. Если они начинают объявлять дефолты, мы готовы обсуждать с западными кредиторами курс обмена этих долгов на российские государственные обязательства. Мы их выплатим, но не сразу. А можем вообще этого не делать. Просто списывайте долги. Американские банки уже списали с баланса более триллиона долларов убытков. Почему-то на российских бумагах никто из них еще ничего не списал. Возникает вопрос: это кто не по правилам играет? Давно правил нет! А мы все пытаемся под них подстраиваться. Американские и европейские компании день за днем объявляют дефолты, реструктурируют долги, а банки списывают убытки, и только мы, которых обвиняют в игре не по правилам, становимся самыми святыми. А зачем? Чего мы доказываем? Мы что, станем кому-то более любимыми, нам станут помогать? Ничего подобного.