Штокмановский проект может пойти по пути Приразломного

Москва. В августе 2009 года решился давний спор промышленников о применении нормы 70% обязательного российского участия на Штокмановском проекте по аналогии с тем, как это было на Сахалине. Стало очевидным, что ни Shtokman Development AG, ни ОАО «Газпром» не собираются вводить эту норму. Короткий комментарий по телефону Агентство нефтегазовой информации получило у президента Союза производителей нефтегазового оборудования Александра Романихина.

- Александр Владимирович, как Вы оцениваете отказ от обязательной 70% нормы российских подрядчиков?
- Это весьма странное решение, напоминающее политику двойных стандартов. ExxonMobil и Shell при реализации проектов на континентальном шельфе должны придерживаться нормы 70% участия российских подрядчиков, а Shtokman Development AG может все закупать где захочет. Все разговоры о том, что «российские подрядчики имеют приоритет» в пользу бедных. Какой уж там приоритет, дай Бог, чтобы были равные условия.
Иностранные поставщики имеют поддержку правительства, более доступные кредиты. У нас уже сейчас идут разговоры, чтобы убрать НДС и пошлины при ввозе импортного оборудования.

- Как так, убрать НДС и пошлины?
- Убрали же на Приразломном. ЗАО «Севморнефтегаз» получило право ввозить оборудование без пошлин и НДС в течение всего срока реализации проекта. Конечно, проще снять НДС и пошлины, чем развивать производство в своей стране, создавать рабочие места. Какая здесь конкуренция?
Формулировка железная: «Оборудование не изготавливается на территории Российской Федерации». Во-первых, делали в СССР. Надо только помочь заводам на ноги встать, а не добивать их окончательно, руки не выкручивать. Во-вторых, если пойти по такому пути, то скоро и боевую технику нам тоже придется закупать западную бывшую в употреблении…

- Почему бывшую в употреблении?
- Так что ввезли-то в Россию? Бывшую в употреблении платформу Hutton TLP. Что там происходит я не знаю. Всегда старался, чтобы оборудование изготавливалось у нас, а не шли по пути наименьшего сопротивления, как в какой-то банановой республике.
Вообще, почему-то только у нас так происходит. Казахстан, который не имеет такого потенциала в нефтегазовом машиностроении, создает новые мощности, а у нас то, что есть приходит в негодность из-за этого масштабного ввоза оборудования.

- Вы говорили, что Иран занимается нефтегазовым машиностроением?
- А все просто. Меджлис (парламент) Исламской Республики Иран принял закон по которому

доля национальных подрядчиков в нефтегазовом секторе не должна быть меньше 50%. И все. Все эти разговоры о «качественном», «надо подтягиваться» и прочее решаются так – хочешь разрабатывать Южный Парс – создавай производственные мощности в Иране. Вкладывай деньги в машиностроение и подтягивай этот уровень до должного. Недаром в руководстве Ассоциации нефтегазового машиностроения люди из администрации иранского президента.
Так у нас эти мощности уже есть. Вот это больше всего удивляет. В России сокращают конструкторов, технологов, рабочих, научно-технический и производственный потенциал невостребованный, а готовое ввозят из-за рубежа. Не всегда самое хорошее. Как можно так относиться к собственной промышленности – не знаю…

- Так что же будет на Штокмановском проекте?
- Shtokman Development AG уже заявил о необходимости ввести нулевую ставку налога на добычу полезных ископаемых для добываемого на шельфе газа и обнулить таможенную пошлину на импорт уникального оборудования для подводной добычи и производства сжиженного природного газа (СПГ). Это первый шаг. Дальше все пойдет по Приразломному сценарию.
Сейчас Shtokman Development AG добивается принятие инвестиционного решения по проекту. В России еще существует промышленное сообщество, губернаторы промышленных регионов, федеральные структуры, отвечающие за промышленность, национальную безопасность.
Нельзя допустить реализации Штокмановского проекта на дискриминационных для промышленности условиях. Чиновникам, которые планируют одобрить инвестиционное решение по Штокмановскому проекту, надо серьезно подумать о последствиях.

- Правда ли, что уже средства по Штокмановскому проекту начинают осваиваться?
- В реализацию проекта уже инвестировано $300 млн., а до конца года в Shtokman Development AG планирует «освоить» миллиард. Практически цена целой платформы! Какие зарплаты получают в Shtokman Development AG – коммерческая тайна. Какие у них прочие расходы – коммерческая тайна. К ней относят и многие другие статьи расходов. Общественности ничего не известно. Я не очень понимаю, чьи это деньги – Франции, Норвегии или ОАО «Газпром»? Предполагаю, что последнее. Относительно расходования денег ОАО «Газпром», которые потом ложатся через тарифы на промышленность и население, мы уже знаем по ситуации с Выборгским заводом.
Все субподряды ОАО "Газпром" надо контролировать. Это не просто деньги частной компании, а деньги естественной монополии, которые сегодня через механизм субподрядов утекают за границу.