Роснефтегаз втайне от правительства купил 0,23% Газпрома

У Росимущества 38,373% «Газпрома», у «Роснефтегаза» было 10,74%. Еще 0,889% – у «Росгазификации», в которой у Росимущества 74,55%, т. е. через «Росгазификацию» у государства 0,662%; всего 49,775%. Если добавить 0,23%, выходит 50,005%, формальный контроль. Доля Внешэкономбанка (в мае 2012 г. – 3,6%, более свежих данных нет) считается финансовой инвестицией и не учитывается.
Эта публикация основана на статье ««Газпром» без спросу» из газеты «Ведомости» от 01.04.2013, №55 (3317).

«Роснефтегаз», председателем совета директоров которого работает Игорь Сечин, уведомил Росимущество о приобретении 0,23% акций «Газпрома», рассказали «Ведомостям» два человека, близких к советам директоров обеих компаний: «Роснефтегаз» заплатил около 7 млрд руб., сделка прошла в первой половине марта. Представители Сечина и Росимущества от комментариев отказались, представитель «Газпрома» о сделке не знает.

Государство добивалось формального контроля над «Газпромом» с 2005 г. (см. врез). Планировалось, что «Роснефтегаз» получит недостающий пакет от «Газпрома» в обмен на долю в 72 газораспределительных станциях (ГРС), но оценка ГРС не устроила «Газпром», и сделка не состоялась. Сечин в январе 2012 г., еще с позиции зампреда правительства, обвинил компанию в срыве поручения Владимира Путина. Совет директоров «Газпрома» одобрил покупку ГРО две недели назад, но не за акции, а за деньги — 25,8 млрд руб.

«Роснефтегаз» не сообщил Росимуществу, у кого куплены акции, но, вероятно, на рынке, полагает один из собеседников «Ведомостей». Косвенным подтверждением могут служить торги 13, 14 и 15 марта, когда оборот акций «Газпрома», по данным Московской биржи, составил 11 млрд, 9 млрд и 15 млрд руб. соответственно против 5 млрд руб. в обычные дни.

Совет директоров «Роснефтегаза» одобрил сделку без директивы Росимущества, заверили «Ведомости» оба человека, близких к советам директоров компаний. По постановлению правительства от 2004 г. об управлении госкомпаниями с правительством должны согласовываться решения об участии или прекращении участия в капитале других компаний. Член совета директоров, представляющий интересы государства, должен запросить у Росимущества директиву, а в случае ее отсутствия — воздержаться или голосовать против. В совете «Роснефтегаза» пять человек (Сечин, врио гендиректора «Роснефтегаза» Лариса Каланда, предправления Газпромбанка Андрей Акимов, предправления «Согаза» Сергей Иванов, председатель совета директоров «Итеры» Игорь Макаров) — и все от правительства.

У «Роснефтегаза» уже были акции «Газпрома», покупка еще 0,23% директивы не требовала, объясняет человек, близкий к «Роснефтегазу». Сечин мог и согласовать сделку с президентом — в начале марта он писал Путину (письмо цитировали «Известия»), что «Роснефтегаз» планирует инвестиции в «Газпром», это позволит государству получить контрольный пакет в компании и обеспечит рост ее капитализации.

Реакции президента тогда не последовало, а его пресс-секретарь Дмитрий Песков не знает, согласовывал ли Путин сделку «Роснефтегаза» с акциями «Газпрома».

Шансов оспорить сделку у Росимущества мало, считают юристы. Понятие «участие и прекращение участия в капитале другого общества» есть в законе об АО, суды в основном трактуют его как вхождение в капитал новой структуры или полный выход из него, объясняют партнер White & Case Григорий Чернышев и партнер «Юстины» Владимир Плетнев. Сделка может быть признана недействительной, если противоречит закону, но ни в одном законе нет требования к членам совета директоров госкомпании получать директиву правительства, уверен Плетнев: «Правительство, как акционер, может принять к членам совета дисциплинарные меры или привлечь к материальной ответственности, но на статусе сделки это не скажется».

Главное — что неоднократные поручения президента и премьера о формальном контроле над «Газпромом» выполнены, остальное — детали, считает высокопоставленный чиновник правительства. Зампред правительства, отвечающий за ТЭК, Аркадий Дворкович отказался от комментариев.

Покупка акций «Газпрома» — решение не менеджера, а госслужащего, полагает директор East European Gas Analysis Михаил Корчемкин: «Разумный инвестор вкладываться в “Газпром” сейчас бы не стал». Проблема с контролем в «Газпроме» во многом надуманная, констатирует он, в России государство влияет на решения даже частного бизнеса, а «Газпром» всегда считался госкомпанией.