Российские нефтекомпании признали, что санкции заметно скажутся на развитии добычи в РФ

Российские нефтекомпании признали, что введенные США и ЕС санкции заметно скажутся на развитии добычи в РФ. У "Роснефти" под вопросом оказалась перспектива добычи в Арктике, "Газпром нефти" придется искать новых поставщиков оборудования для работы на шельфе, а ЛУКОЙЛ прогнозирует сложности с добычей трудноизвлекаемой нефти. Глава ЛУКОЙЛа Вагит Алекперов признал, что российским нефтяникам следует привыкать к отсутствию внешних займов и западных технологий.
ЛУКОЙЛ стал первой из крупнейших нефтекомпаний РФ, объявившей о последствиях ужесточенных неделю назад санкций Запада. Глава компании Вагит Алекперов в пятницу констатировал, что, хотя против ЛУКОЙЛа введены только технологические, а не финансовые санкции, зарубежные рынки капитала закрыты. "Мы не рассчитываем, что получим какие-то деньги, особенно на среднесрочный период, надо рассчитывать только на собственные средства",— сказал он. В начале сентября ЛУКОЙЛ уже сообщал о намерении сократить инвестпрограмму на 2015 год на $2 млрд, сверстав ее без учета займов (см. "Ъ" от 1 сентября).
Технологические санкции США и ЕС, как и предсказывал "Ъ", на ЛУКОЙЛ повлияют меньше: по словам Вагита Алекперова, ограничения на технологии для работ на глубинах более 150 м не затронут мелководные проекты на Каспии. Но проблемы с шельфом появились у "Газпром нефти": гендиректор компании Александр Дюков в субботу в интервью "России 24" заявил, что "три-четыре партнера" приостанавливают сотрудничество. По его словам, для бизнеса "Газпром нефти" это не критично, но потребуется время на поиск новых партнеров.
Критичным отказ западных партнеров будет, скорее всего, для "Роснефти".
В пятницу ExxonMobil, владеющая 33,3% в СП с госкомпанией по разработке трех Восточно-Приновоземельских участков и начавшая бурение скважины на "Университетской-1", сообщила, что Минфин США "выдал лицензию ExxonMobil и вовлеченным в работу американским поставщикам и гражданам, чтобы обеспечить безопасное и ответственное сворачивание операций, связанных с эксплуатацией скважины". По словам вице-президента "Роснефти" Ларисы Каланды, компания удовлетворена этим решением. Но для дальнейшей работы ExxonMobil нужны новые разрешения. По данным "Ъ", работы на "Университетской" завершатся к середине октября, а как будет развиваться ситуация дальше, неясно. Госпожа Каланда дала понять, что ExxonMobil рискует потерять проект: "Если бы "Роснефть" продолжала работать на "Университетской" и вышла бы на коммерческое открытие, то для того, чтобы наши партнеры вернулись в проект, нужно было бы начать новые переговоры".
Санкции запрещают и поставку оборудования и технологий для добычи сланцевой нефти, а у ЛУКОЙЛа есть СП с Total по разработке трудноизвлекаемой нефти баженовской свиты (вопрос о том, считают ли власти США эту свиту сланцем, не закрыт). Вагит Алекперов сообщил, что юристы компании оценивают возможное влияние санкций на СП. Самым уязвимым местом российской нефтяной отрасли, по мнению господина Алекперова, является использование американской технологии гидроразрыва пласта. Формально поставка в РФ этого оборудования не запрещена санкциями, если оно предназначено для работы на традиционных залежах. Но, по мнению главы ЛУКОЙЛа, санкции могут быть расширены и "надо сегодня прилагать массу усилий, чтобы преодолеть сложности, если эти ограничения будут". Он заметил, что промышленность РФ способна освоить выпуск нужного оборудования, но "необходимы колоссальные средства", которых нет ни у машиностроителей, ни у нефтяников. Вагит Алекперов добавил, что Россия серьезно зависит от поставщиков из США, ЕС и Японии и по оборудованию для телемеханики, автоматизации, связи, геофизики и сейсмических работ.

Российский бизнес проводит глубокий анализ санкций, и очевидно, что влияние они окажут серьезное, считает Валерий Нестеров из Sberbank Investment Research. Технологическая зависимость от иностранцев велика, а российские НИОКР в последнее время не развивались, отмечает эксперт. Он ожидает снижения темпов реализации компаниями РФ шельфовых проектов и постепенного сокращения добычи нефти; в лучшую сторону ситуация изменится только через несколько лет.