Александр Хуршудов: Угроза остановки нефтяных скважин из-за новаций в экологическом контроле сильно преувеличена

Москва. Новые экологические требования могут стать причиной остановки работы части нефтяных скважин, что приведет к снижению доходов бюджета на 250−450 млрд рублей в год. Об этом сообщил глава Российского союза промышленников и предпринимателей (РСПП) Александр Шохин.

Речь идет о стандарте, вступающем в силу с начала 2018 года. Компании будут обязаны установить приборы, измеряющие уровень выбросов вредных веществ в атмосферу. Эти требования распространяются на нефтеперерабатывающие заводы и объекты, занимающиеся добычей сырой нефти и природного газа.

Новость комментирует эксперт Агентства нефтегазовой информации Александр Хуршудов:

-  Плохие законы сплошь и рядом возбуждают бюрократическую толкотню, а ни к каким результатам не приводят. В данном случае речь идет о новой редакции п. 9 ст. 67 закона 7-ФЗ «Об охране окружающей среды». Первый его абзац приведу полностью:

9. На объектах I категории стационарные источники, перечень которых устанавливается Правительством Российской Федерации, должны быть оснащены автоматическими средствами измерения и учета объема или массы выбросов загрязняющих веществ, сбросов загрязняющих веществ и концентрации загрязняющих веществ, а также техническими средствами фиксации и передачи информации об объеме и (или) о массе выбросов загрязняющих веществ, сбросов загрязняющих веществ и о концентрации загрязняющих веществ в государственный фонд данных государственного экологического мониторинга (государственного мониторинга окружающей среды).

Далее разъясняется, что перечень объектов и требования к замерам определяет правительство. Вероятно, их и содержит новый стандарт, текст его мне найти не удалось. Но пока вполне достаточно пояснить требования новой редакции закона.

Это мечта бюрократа. Он уже мысленно видит, как производство опутано сетью датчиков и приборов, около них суетится обслуга, и вся информация поступает к нему на компьютер. Самому бюрократу делать ничего не надо.  Только знай, нажимай на кнопки и дважды в месяц расписывайся в ведомости. Не жизнь, а малина.

Разумеется, бывают ситуации, когда такие непрерывные замеры полезны. Например, сбросы токсичных вод в реки при нарушениях процесса очистки могут и рыбу погубить, и на здоровье людей подействовать. Для таких объектов экологический контроль обязательно предусматривается проектом, а вот автоматизировать его можно далеко не всегда. В принципе можно заменить лаборанта датчиком, только ошибаться он будет чаще, если вообще будет работать.

В нефтегазовой же отрасли непосредственные замеры вредных выбросов почти всегда невозможны. При горении факела оксиды углерода, серы и азота образуются прямо в пламени, что там можно измерить? Или возьмем мелкие выбросы углеводородов через неплотности соединений, их на любом промысле тысячи, будем каждый измерять? До такой глупости никто еще не додумался, поэтому экологический контроль на нефтепарках и НПЗ ограничивается расчетом вероятной массы выбросов и замером фактических концентраций у поверхности земли. Однако результаты замеров сильно колеблются, сегодня ветер с одной стороны – загрязнения нет, а завтра с другой – оно появилось. Поэтому отслеживать точные значения выбросов не удается.

По счастью, наивность наших законов с лихвой компенсируется их никудышным исполнением. Поэтому угроза остановки скважин, недополучения бюджетных доходов, на мой взгляд, сильно преувеличена. Помните, шесть лет назад вышло постановление кабмина об утилизации 95% попутного газа? До сих пор добрая половина компаний его не выполнила. В среднем по стране степень утилизации газа составляет 87,1%. Так и сейчас: компании и министерства обменяются письмами, проведут десяток совещаний и тихо спустят вопрос на тормозах. Закон – он, как телеграфный столб: перепрыгнуть нельзя, а обойти - запросто.