Константин Симонов: Саудовская Аравия может повторить шаг ОАЭ

Москва. Объединенные Арабские Эмираты объявили о выходе из ОПЕК и ОПЕК+ с 1 мая 2026 года, заверив при этом в стремлении стабилизировать мировой топливный рынок. Прогноз возможных действий других стран-участниц союза Агентству нефтегазовой информации дал руководитель Фонда национальной энергетической безопасности (ФНЭБ) Константин Симонов.

- Позиция Объединенных Арабских Эмиратов ясна. Из-за закрытия Ормузского пролива они несут финансовые потери, поскольку не могут в полном объеме экспортировать нефть. В перспективе они намерены их компенсировать. При этом ту нефть, которую ОАЭ все же экспортируют, они продают по высоким ценам: сейчас и Эмираты, и Саудовская Аравия устанавливают значительные премии к цене на те объемы сырья, которые физически могут вывести на рынок.

Таким образом, ОАЭ открыто заявляют: как только Ормузский пролив откроют, они начнут добывать нефть по максимуму. Для потребителей это потенциально хорошие новости, но для прежних партнеров по ОПЕК и ОПЕК+ - тревожный сигнал.

Важно отметить: если бы Ормузский пролив не был перекрыт, цены на нефть были бы иными. Достаточно вспомнить, сколько стоило черное золото в январе и феврале.

Мало стран сейчас способны быстро нарастить добычу. По сути, среди крупных производителей таких государств всего два: ОАЭ - именно поэтому они и сделали этот шаг и Саудовская Аравия.

Возникает вопрос: последует ли Саудовская Аравия примеру соседей? Я этого не исключаю. Если это произойдет, сделку ОПЕК+ можно будет считать фактически прекратившей действие - что станет серьезным вызовом для России. Мы уже выходили из сделки в феврале 2020 года, и помним, к чему это привело.

У Саудовской Аравии похожая ситуация: страна тоже не может вывезти всю добываемую нефть. У нее есть нефтепровод до порта Янбу на Красном море, но его пропускная способность не покрывает всех добычных возможностей королевства. Кроме того, существует риск перекрытия Баб-эль-Мандебского пролива, что может заблокировать и этот маршрут экспорта. Соответственно, Саудовская Аравия также заинтересована в будущей компенсации недополученной выручки.

Еще в 2025 году активно обсуждался сценарий так называемой ценовой войны. Суть идеи заключалась в следующем. ОПЕК+ давно отмечал, что некоторые крупные производители нефти - например, США, Канада, Гайана и Бразилия - наращивают добычу без каких-либо ограничений, поскольку не связаны обязательствами в рамках международных альянсов. В то время как ОПЕК+ в период низких цен пытался сдерживать добычу, фактически освобождая рыночную нишу для своих прямых конкурентов.

Это давняя проблема ОПЕК+, к которой и Саудовская Аравия, и ОАЭ возвращались еще до обострения ситуации в Персидском заливе. Страны задавались вопросом: зачем ограничивать собственную добычу, если тем самым мы отдаем рынок конкурентам?

В связи с этим возникла идея отменить сделку ОПЕК+ и перейти к политике агрессивного наращивания добычи нефти - с целью снизить мировые цены и нанести удар по относительно дорогим проектам в США. Речь шла о: добыче сланцевой нефти; разработке месторождений на глубоководном шельфе Мексиканского залива; потенциальных арктических шельфовых проектах.

Идея заключалась в том, что США, добыча нефти в которых приблизилась к 14 млн барр. в сутки, возможно, не смогут выдержать длительного периода низких цен. Соответственно, планировалось спровоцировать снижение цен и оценить реакцию американских добытчиков.

Россия как партнер по ОПЕК+ опасалась такого сценария. Длительный период низких цен нас не устраивает: к ним добавляются санкционные ограничения и дисконты, которые российские ВИНКи вынуждены были предоставлять до марта. В начале года бюджет РФ столкнулся с рекордным за всю историю дефицитом по итогам первого квартала. Если бы ОПЕК+ пошел на сознательное снижение цен ради давления на США, это стало бы крайне рискованным экспериментом для российской экономики.

Мы всячески отговаривали Саудовскую Аравию, нашего ключевого партнера в рамках ОПЕК+, от подобных действий. И видим, что страна действовала осторожно: она постепенно повышала квоты, но делала это умеренно.

Сейчас вновь встает вопрос: нужно ли Саудовской Аравии и дальше ограничивать себя квотами? В текущих условиях они носят во многом формальный характер - в том числе и для России. Наша страна уже несколько месяцев не может достичь уровня добычи, разрешенного в рамках ОПЕК+: мы работаем ниже установленных лимитов. И дело не в перекрытом проливе - у нас иные проблемы. Атаки дронов по портам и нефтеперерабатывающим заводам (НПЗ) сдерживают экспортные и добычные возможности, а масштабных хранилищ у нас нет.

В этой ситуации действия ОАЭ могут спровоцировать цепную реакцию. Если Саудовская Аравия последует их примеру, ОПЕК+ может фактически прекратить существование. Возникает закономерный вопрос: зачем России в одиночку выполнять обязательства, если другие участники альянса отказываются от них?

Проблемы дисциплины в рамках ОПЕК+ существовали и ранее. Например, Казахстан регулярно не выполнял свои обязательства, наращивая добычу и ссылаясь на особенности соглашений о разделе продукции и присутствие иностранных компаний в консорциумах. Представители республики отмечали, что сложно распространить ограничения ОПЕК+ на международные проекты.

Сейчас, когда многие участники вынуждены сокращать добычу из-за внешних факторов, система формально работает. Но в перспективе устойчивость ОПЕК+ выглядит сомнительно.

Для России это стратегический вызов: ОАЭ и потенциально Саудовская Аравия могут заявить о масштабном наращивании производства. Когда откроют Ормузский пролив, рынок может быстро вернуться к низким ценам. Текущая «ормузская пауза» дает нам временную финансовую передышку, но в будущем ситуация может резко измениться. При этом Россия сейчас не в состоянии существенно нарастить добычу. В результате не только страны вне ОПЕК (США, Канада, Гайана, Бразилия) будут наращивать производство, но и ОАЭ, и, возможно, Саудовская Аравия. Оценки профицита их добычных мощностей разнятся, но некоторые эксперты говорят о потенциале быстрого роста (и последующего падения) на уровне до 3 млн барр. в сутки. Правда, для реализации этого сценария необходимо открытие Ормузского пролива - а здесь сохраняется множество неопределенностей.