Как тонкая настройка демпфера повлияет на устойчивость бюджета РФ

Москва. По данным Минфина РФ, нефтегазовые доходы федерального бюджета за 9 месяцев 2026 года сократились на 17,2% и составили 5,471 трлн руб. - при этом цена нефти Urals в сентябре достигла $92,08 за барр., что в 1,6 раза выше показателя сентября 2025 года. Парадокс падения доходов на фоне роста котировок ставит вопрос о том, насколько устойчива текущая конструкция бюджетных механизмов в условиях высокой волатильности внешних факторов. Агентство нефтегазовой информации разобрало ключевые драйверы тренда и позиции профильных экспертов о балансе интересов рынка и государства.

Общие доходы федерального бюджета за девять месяцев выросли на 10% по сравнению с аналогичным периодом прошлого года и достигли 29,639 трлн руб., причем рост обеспечен в основном ненефтегазовой частью: такие поступления увеличились на 18,8%, до 24,168 трлн руб. Особенно заметно выросли доходы от НДС - на 27,4%, до 13,467 трлн руб.

В Минфине пояснили, что снижение нефтегазовых доходов связано с сочетанием факторов: во-первых, с динамикой курса рубля и ее влиянием на оценку экспортной выручки; во-вторых, с опережающим ростом мировых цен, из-за чего экспортная альтернатива для компаний стала выгоднее внутренних поставок. В результате возникла положительная разница между экспортной и внутренней ценой, что увеличило объем компенсаций (демпфирующей компоненты), которые бюджет выплачивал нефтяным компаниям.

Одновременно увеличение расходов на ключевые направления в сочетании со снижением базовых нефтегазовых доходов потребовало корректировки целевых параметров структурного баланса. При этом расширение структурного дефицита до 1,8% ВВП планируется профинансировать преимущественно без дополнительных заимствований на рынке облигаций федерального займа.

По мнению члена экспертного совета при Российском газовом обществе Павла Марышева, на нефтегазовые доходы бюджета наибольшее влияние оказывают пять фундаментальных факторов: величина добычи (вместе со ставкой НДПИ и НДД), объем отгрузки, мировые котировки, состояние рубля и объем выплат по демпферу.

«В сравнении с прошлым годом объем отгрузки несколько увеличился, а мировые котировки на фоне глобального квазидефицита „улетели вверх“. Уровень добычи существенно не изменился. Казалось бы, благоприятная обстановка для увеличения нефтегазовых доходов. Однако негативные факторы - ценовой дисконт для теневых поставок, динамика курса рубля и рекордные выплаты по топливному демпферу - полностью перекрыли позитивные тренды. Крепкий рубль и снижение фискальных поступлений (НДПИ и НДД), вызванное снижением объема добычи и пересмотром налоговой политики, оказали существенное влияние на ситуацию», - отмечает эксперт.

По оценкам Павла Марышева, совокупное влияние этих факторов составило порядка 60% от общего изменения нефтегазовых доходов. Оставшиеся 40% пришлись на обратные выплаты по топливному демпферу.

В сентябре 2026 года расчетная величина выплат в рамках этого механизма достигла 305,5 млрд руб. - это максимальный показатель за последние четыре года. Суть демпфера заключается в том, что государство компенсирует нефтяникам разницу между более высокой экспортной ценой на топливо и установленной внутренней ценой. Таким образом удается сдерживать рост стоимости бензина и дизельного топлива на внутреннем рынке и защищать потребителей от резких скачков цен.

На фоне перебоев с поставками и логистикой из-за ударов по НПЗ на внутреннем рынке возникло давление на цены. Чтобы сдержать их рост, государство увеличило объем компенсаций.

Научный сотрудник Финансового университета при Правительстве РФ Станислав Митрахович раскрывает логику механизма и его роль в поддержании баланса.

«Ключевым элементом демпфера выступает разница между экспортной и внутренней ценой на нефтепродукты. Экспортная цена, как правило, остается высокой, тогда как внутренняя - ниже, и именно это обуславливает выплаты из бюджета в пользу нефтеперерабатывающих компаний. В ситуации с низкой экспортной и более высокой внутренней ценами возникает обратный поток платежей: компании перечисляют средства в бюджет. Такой сценарий, в частности, наблюдался в начале 2026 года, - поясняет аналитик. - Сдерживание внутренних цен создает определенные преимущества и для других участников рынка: например, некоторым предприятиям становится выгоднее организовывать перевозки и поставки товаров внутри России. При этом дискуссия не должна сводиться к противопоставлению интересов потребителей и производителей - главная задача состоит в поиске сбалансированного подхода».

Сейчас система остается устойчивой за счет накопления дополнительных нефтегазовых доходов в периоды благоприятной конъюнктуры, а также использования средств Фонда национального благосостояния (ФНБ) для покрытия временных провалов - в рамках действующего бюджетного правила. При этом управление структурным дефицитом позволяет корректировать параметры без чрезмерного наращивания заимствований. Однако если высокие выплаты по демпферу станут устойчивой нормой, а доходы продолжат колебаться из-за внешних факторов, это создаст долгосрочное давление на баланс бюджета.

Перспективы механизма на 2027 год активно обсуждаются. Минфин РФ уже прорабатывает поправки к формуле расчета демпфера. Цель изменений - сделать его более гибким и лучше учитывать текущую рыночную ситуацию, чтобы избежать избыточной нагрузки на казну в периоды нестабильности. Станислав Митрахович подчеркивает сложность настройки этого баланса и риски крайностей.

«Сохранение отдельных механизмов субсидирования нефтепереработки может быть оправдано с точки зрения долгосрочного развития отрасли. Вместе с тем поддержание искусственно заниженных цен на нефтепродукты в долгосрочной перспективе вряд ли целесообразно. Более высокие внутренние цены, в свою очередь, в кризисных условиях могли бы сделать рентабельным импорт топлива - например, бензина из дальнего зарубежья, чего в текущей конфигурации рынка практически не происходит, - добавляет эксперт. - В вопросах демпфера не стоит делить участников рынка на „правильных“ и „неправильных“: ни потребителей, ни перевозчиков, ни производителей. Речь идет о тонкой настройке экономической модели».

При этом в экспертном сообществе ведутся дискуссии: хотя формально механизм нацелен на стабилизацию цен, на практике часть компенсаций действительно помогает компаниям покрывать операционные издержки, связанные с восстановлением и поддержанием мощностей после внешних шоков.

Таким образом, российская бюджетная модель в нефтегазовом сегменте перестала быть линейно зависимой от котировок нефти - теперь она работает как сложная система перераспределения, где рост цен может оборачиваться дополнительной нагрузкой на казну. В перспективе это ставит перед регуляторами не задачу «поймать» более высокие цены на нефть, а более тонкую: донастроить формулы (в том числе демпфера) так, чтобы система не требовала растущих компенсаций при любой комбинации курса и котировок.

Фото с сайта Magnific